А ради чего тогда жить, если не потреблять? Скажи мне, у тебя что, есть какие-то идеалы, то, ради чего ты живешь?
Игорь молчит. Подходит лифт, двери раздвигаются, парни заходят. Иван жмет на кнопку пятого этажа. Двери сдвигаются.
Иван
Но я вообще о другом. Надо тебе здесь как-то зацепиться, найти свою нишу… Поверь мне, Игореша, рынок – это тухло. Можно сказать, никаких перспектив. Сплошной криминал и коррупция.
Игорь
Ну а что ты мне предлагаешь? Назад в овощеконцлагерь? Или домой вернуться? Кроме этого ты мне можешь что-то предложить?
Иван
(после паузы)
Могу. Наш журнал.
Игорь
И что я там буду делать?
Иван
Ну, начать, конечно, придется на самом низу, так сказать, социальной лестницы – курьером. Но если ты себя проявишь – а я в этом не сомневаюсь – то сможешь продвинуться вверх очень круто. Есть у нас, например, один паренек – он три года назад пришел, начал курьером, а сейчас – начальник отдела распространения…
Игорь
А если к тебе ассистентом?
Иван
Без обид, Игореша… Мне ассистент не нужен – это раз, и денег, чтобы платить тебе тоже нет – это два…
Дорого обставленный и отремонтированный офис. Его хозяин сидит в большом кожаном кресле за огромным столом. Иван фотографирует его. Игорь сидит в углу, на стуле, на соседнем стуле разложена аппаратура Ивана – сменные объективы, экспонометр.
Иван
(фотографируемому)
А сейчас не могли бы посмотреть вот на тот рисунок на стене?
Фотографируемый поворачивается, смотрит на абстрактный карандашный рисунок в дорогой позолоченной раме.
Иван
Да-да, вот так… Только еще чуть-чуть голову влево…
Офис глянцевого журнала, обставленный дорого, но безлико. На ресепшн – две молоденькие секретарши. Рядом, на широком кожаном диване сидит Игорь, листает журнал. Одна из секретарш кладет трубку, смотрит на Игоря.
Секретарша
Курье-е-ер! Вставай, работа для тебя есть.
Вход в подъезд «элитного» дома. Игорь нажимает на кнопку домофона, наклоняется к микрофону.
Игорь
Добрый день! Это Леонид Петрович? Я курьер, из журнала. Привез ваш гонорар за колонку.
Прихожая большой квартиры, обставленной массивной старомодной, но дорогой мебелью. Игорь передает ПЕВЦУ – лысоватому морщинистому мужчине лет пятидесяти пяти – конверт. Певец сует конверт в карман махрового халата, из-под которого видны худые волосатые ноги в мягких шлепанцах. Игорь поворачивается к двери.
Певец
Подожди. Зайди, выпей рюмку. Ты заслужил.
Игорь
Вообще-то я тороплюсь…
Певец
Не базарь. Проходи вон в ту комнату. Ботинки не снимай, не надо. Домработница после обеда придет – пусть отрабатывает зарплату… Знаешь, сколько я ей плачу?
Игорь
Не знаю.
Певец
А я и не скажу. Но гораздо больше, чем тебе в твоем журнале.
Игорь проходит в комнату, в центре которой стоит большой диван, а в углу, на столике на колесиках, – бутылки с разнообразным алкоголем. Игорь останавливается посредине комнаты, не решаясь сесть на диван. Певец подходит к столику.
Певец
Ты что будешь? Виски?
Игорь
Да, можно…
Певец
А я – водку. Всю жизнь ее пью – на американские напитки так и не перешел…
Певец берет бутылку с виски.
Певец
(наливая напитки в рюмки)
Российский шоу-бизнес катится в жопу, ты это понимаешь? Каждый год все хуже и хуже. Диски давно уже никто не покупает, все всё качают из Интернета, бесплатно. Никому уже и в голову не приходит, что это все стоит денег, что за это надо платить. Понимаешь?
Игорь кивает.
Певец
Я думал – буду петь до шестидесяти. До пенсионного возраста, так сказать. А теперь понял – нет, все кругом мертвое. Корпоративы терпеть ненавижу, там тебя никто не слушают, все только бухают и пляшут. Так что, пора завязывать. Буду жить скромненько, на роялти. Знаешь, сколько моих песен по радио крутят, по телевизору? Раньше за это, конечно, вообще не платили, а сейчас – более или менее. Ну и мемуары тоже можно будет написать – сейчас это модно… Только я, в отличие, от всех остальных буду писать их сам, мне литературные негры не нужны… Потому что я, в отличие от всяких там звезд, сам еще ручкой по бумаге водить не разучился…
Певец подходит к Игорю с двумя рюмками, дает ему одну.
Певец
Ну, давай выпьем за то, чтобы оно скорей рухнуло – легче будет уходить…
Игорь
Что – рухнуло?
Певец
Все вообще. Ладно, шучу. Давай, наоборот, за всеобщее процветание.
Певец и Игорь чокаются, выпивают.
Певец
Такого раньше не было, просто не было. Раньше нужно было хотя бы уметь петь. И не просто уметь, а хорошо. Я в восемьдесят пятом году в ресторане в Днепропетровске пел. Программа была на четыре часа. Пою два часа без перерыва, потом перерыв десять минут, – покурил, рюмку водки – и еще два часа. Все в живую, само собой, никакой фонограммы. Под ансамбль. Вот это школа была, я скажу. Не то, что сейчас. Любая певица попсовая – или чья-то жена, или дочка, или любовница. То же самое, если мужик. Или дерет кого-нибудь, или свою жопу подставляет… Петь никто не умеет вообще. И даже уже не старается. А про рокеров я молчу. Это одни наркоманы и пидары. Ладно, не буду задерживать. Все, пока. Успешных трудовых будней!
