Пилот, деловито подойдя к моему месту, тоже подергал, хмурясь, застрявший прибор. Вокруг нас, заинтересовавшись, собрались все. Парни, убежденные, видимо, что уж им-то точно удастся всё исправить, в отличие от остальных, по очереди подергали злосчастный планшет. Я тихонько сидела в кресле Мартироса и получала удовольствие от зрелища, похихикивая про себя. Когда стало понятно, что ничего не исправилось, парни повернулись ко мне.
— Что? — занервничала я.
— Ева, как ты умудрилась поломать такой надежный механизм? — вопросил Руслан.
— Ну конечно, я теперь виновата. Сделано тяп-ляп, вот и поломалось! — возмутилась я. Парни скептически переглянулись.
— Я сейчас напишу о поломке в бортовом журнале, уже некогда вызывать техников, чтобы починили, большая задержка вылета будет, — вздохнув, сказал Алексей.
Давид кивнул и повернулся ко мне:
— Сядешь у прохода, и больше ничего не трогай! — заявил он мне.
Я фыркнула в ответ и демонстративно пересела. Ну и подумаешь! Сами ничего исправить не могут, а я виновата! Ры! Так, бурча и возмущаясь про себя мужскому шовинизму, пропустила момент, когда Леша закрыл дверь и занял место за штурвалом, клацая многочисленными рычажками и кнопочками на панели управления самолетом. В открытую дверь кабины было хорошо видно, как он надел наушники и стал переговариваться по радиосвязи с диспетчерами аэродрома.
— Дамы и господа! — раздался в салоне его усиленный динамиками голос. — Говорит капитан воздушного судна, прошу пристегнуть ремни безопасности и приготовиться к взлету, — Алексей на мгновение обернулся, оглядывая салон, встретился со мной взглядом и подмигнул.
Настроение стремительно улучшилось. Я выполнила стандартное требование техники безопасности и подумала, что это место даже лучше — видно, что пилот делает. Загудели двигатели, пол под нами задрожал, и самолет покатился по полю, выруливая на взлетную полосу. Леша, продолжая нажимать кнопки и двигать рычажки, переговаривался отрывистыми командами с диспетчером. Потом самолет почти остановился в начале полосы и после короткой паузы устремился вперед, быстро разгоняясь. Неожиданно будто присел, плавно отрываясь от земли, и начал набирать высоту. Перегнувшись через Дева, я всё же выглянула в иллюминатор и проводила взглядом уменьшающееся здание аэропорта.
— Дамы и господа, — опять сообщил наш капитан, — прошу во время набора высоты оставаться на своих местах. Я сообщу, когда можно будет расстегнуть ремни безопасности и начать передвигаться по салону.
Дев изучал на планшете какие-то карты и планы, и я решила не мешать ему разговорами. Минут через пятнадцать пилот разрешил пассажирам ходить, и я отправилась посидеть на присмотренных диванчиках. К тому же, отсюда было ещё лучше видно, как работает Алексей. Я, затаив дыхание, смотрела на его точные, уверенные действия, восхищаясь тому, как он управляется с этим невероятным количеством переключателей на приборной панели. В какой-то момент Леша облегченно выдохнул и, потянувшись, повернулся к салону. Я испуганно округлила глаза, а наш летчик пояснил:
— Автопилот. Могу немного расслабиться. Лететь недалеко, так что совсем ненадолго. — Потом он хитро прищурился и предложил мне, — А хочешь в кабине сфотографироваться?
— А я не помешаю? — запереживала я.
— Если пообещаешь ничего не трогать, то можешь сесть в кресло второго пилота. Надень наушники, я тебя щёлкну.
Я осторожно зашла в кабину и аккуратно забралась на второе сиденье. Леша подал мне наушники, я счастливо улыбнулась и повернулась к парням в салоне. Они все снисходительно на меня смотрели и ехидно ухмылялись. Ой, вот уверена, если бы ни их «мальчишечьи» заморочки, сами были бы рады на моем месте оказаться. Не выдержав, показала им язык и скривила гримасу. Услышала, как в это время щёлкнула кнопка фотоаппарата и растерянно повернулась к Лёше. Ещё один щелчок. Да что ж такое, какая я буду на этих кадрах?!
— Лёша! — возмущенно отвернулась.
Пилот наклонился ко мне, и пока из салона доносился смех веселящихся парней, тихонько успокоил:
— Ева, ты очень красивая, фото будут замечательные, поверь, — он погладил меня по тыльной стороне ладони, лежащей на подлокотнике.
Вспомнив нашу первую фотосессию, поняла, что да, все присланные мне файлы были великолепными. Успокоившись, окинула взглядом лежащие передо мной рычажки и снова радостно повернулась к Леше.
— А давай я серьёзное лицо сделаю и руку протяну к панели. Ничего трогать не буду, честно-честно.
— Ну, давай, — притворно вздохнул он и сделал несколько снимков, пока я старательно позировала.
Тут самолет неожиданно тряхнуло. Алексей моментально отбросил фотоаппарат, который я поймала буквально на лету, схватил штурвал и напряженным голосом скомандовал:
— Ева, возвращайся в салон на своё место и пристегнись.