… Храм встретил меня приятным полумраком и разноцветными солнечными лучиками, пробивавшимися через яркие витражные окна. Навстречу торопился знакомый храмовник, и я терпеливо дождалась его приближения.
— Приветствую вас, аниша, — он склонил голову, а когда поднял, я с изумлением увидела вытянутый по горизонтали зрачок его тёмных глаз.
— Вы дескрит? — не удержалась я от не совсем вежливого вопроса.
— Я хранитель. И дескрит, как у вас называют нашу расу.
— А… — сотни вопросов мгновенно зароились у меня в голове, и я пыталась выбрать самый важный, чтобы успеть его задать, пока опять всё не заволокло туманом. Но, видимо, всё же долго думала, потому что меня кто-то осторожно и нежно поцеловал в щёку, и я проснулась.
Возле меня, опираясь на локоть, лежал Давид и со счастливой улыбкой смотрел в глаза.
— Доброе утро, любимая. Просыпайся, сегодня у нас важный день, мы идем в храм.
Прозвучало это так, будто у нас сегодня не просто посещение святилища, но и бракосочетание там. Я отогнала ненужную сейчас ассоциацию и похлопала ресницами, выпутываясь из объятий Морфея. Оттягивая момент подъема, рассматривала моего дескрита. Именно моего, я уже поняла, что не отдам его никому. Осознание пришло, когда я испугалась не страшного облика там, на поляне, а того, что могу потерять этого родного для меня мужчину. Он любит меня, а я его, и вместе мы сможем решить все проблемы. Приняв для себя это, расстегнула спальник и, придвинувшись ближе, обняла Дева, прижимаясь как можно крепче. Он сначала растерялся и замер, не ожидая от меня такого проявления чувств, а потом, тихонько рыкнув, начал осыпать моё лицо поцелуями, шепча:
— Моя, только моя девочка…
В какой-то миг он резко остановился, явно нехотя отстранился и прошептал:
— Любимая, сегодня я преподнесу тебе подарок, который, надеюсь, сделает нас счастливыми. Подожди до того, как мы найдем храм. Уже сегодня, — и он засиял такой невероятной и предвкушающей улыбкой, так жадно смотрел мне в глаза, что я покраснела и смутилась.
Усилием воли отодвинулась от Дева, чувствуя, как не хочется этого делать и как от его обещаний в груди поселилось странное томление. Встала, взяла необходимое для умывания и отправилась к ключу. Давид пошел рядом, что немного смутило.
— Дев, извини, но мне тут лучше одной.
— Ничего-ничего, я покараулю, — он понимающе ухмыльнулся и показал рукой на подходящие кусты.
Когда со всеми утренними процедурами было окончено, и мы вернулись в лагерь, котелок с крупой уже булькал над костром, а во втором настаивался ароматный чай. За завтраком мы с Лешей рассказали о том, как мы сюда добирались и Руслан, услышав, что и сколько мы ели, подложил нам еще вкусной каши, хотя я и пыталась его убедить, что в меня больше не влезет. Пришлось впихивать, и когда я осилила и смогла с трудом подняться, все начали собираться. Рюкзак Толика нес Руслан, так как он был ещё слаб после ранения, но куратор шёл на поправку и мог идти дальше, не отставая.
Шагать оказалось не так далеко, и уже через полтора часа между деревьями показались красивые плиточные дорожки и цветы, посаженные вдоль них. Вскоре стал виден и сам храм невдалеке, и у меня чаще забилось в волнении сердце. Все невольно ускорили шаг, и вот уже мы стоим у входа в святилище, замерев от чувства благоговения перед древностью и значимостью этого здания.
Светлая каменная кладка, арка над входом, украшенная красными полудрагоценными самоцветами, и черепичная крыша, над которой возвышалась круглая башня. Массивная каменная двухстворчатая дверь, которую я, пожалуй, самостоятельно не смогла бы отворить. Дескриты подошли ближе, а я затаила дыхание, гадая, будет ли внутри похоже на мои сны.
Навалившись на дверь, парни напряглись, упираясь ногами, и створки медленно, со скрипом поддались и начали распахиваться. Когда щель стала достаточно большой, чтобы мы вошли, дескриты первые заглянули туда и через пару минут позвали остальных.
Оказавшись в храме, я не сдержала возглас удивления — всё здесь было мне знакомо. Невольно вгляделась в центральный проход, не удивилась бы, увидев спешащего на встречу храмовника. Но зал был пуст, и мои спутники пошли его обследовать. Парни с восхищением разглядывали фрески на стенах, особенно ту, где был изображен дескрит в боевой ипостаси. Я подошла к Деву.
— Знаешь, Белочка, мне всегда казалось, что мифы и легенды о демонах, дьяволе и Минотавре имеют общие корни. Ведь по описанию они имеют много похожих черт, не находишь? — он повернул ко мне задумчивое лицо. — Тебе никого они не напоминают?
— Да, — так же задумчиво ответила я, — дескритов в трансформации. Думаешь, речь шла о твоих предках?
— Возможно. Очень похоже, правда? — Дев внимательно разглядывал изображение незнакомого дескрита и витал мыслями где-то далеко отсюда.
