Они даже не заметили, как к их головам снова приклеились деликатные кончики грибницы. «Вы – чрезвычайно смелые и мужественные существа!» – торжественно заявил невидимый капитан, – «на такое способны очень немногие! Скажу больше – вы спасли нас всех, я имею в виду жителей этого корабля. Это животное пожирало нашу грибницу, то есть нас. А мы, увы, не имеем зрительного аппарата и конечностей, чтобы защитить себя. Другими словами ты, мужественный человечек, спас не только своего друга, но и жизнь на этом корабле. За это мы настолько признательны тебе, что даже готовы сменить курс, чтобы доставить вас куда вам потребуется. Куда нам лететь?».
– Куда? Нам надо подумать, – растерянно сказал вслух Танзер.
«Хорошо. Подумайте. Тем временем вот пища для вас. В ней содержится много белков и углеводов, также тут есть разнообразные витамины и минералы. Это очень полезно. Как у вас принято говорить? … Минуточку … Ах, вот оно – приятного аппетита». Щупальца отпали, а в руки к ним уже толкались другие жгуты, которые удерживали что-то вроде мешочков или свернутых листьев. Зуртогга машинально взял подношение двумя руками, Танзер торопливо обтер об одежду инструмент, запихав его поглубже в потайной карман, и тоже взял поданное. Это была какая-то мягкая ничем не пахнущая масса. В темноте раздался вздох – Танзер смутно увидел как Зуртогга вздернул и опустил плечи.
– Что же, – печально сказал Зуртогга, – давай я попробую первым. Это будет честно по отношению к тебе.
Он решительно зачерпнул массу, сунул ее в рот и зачавкал. Танзер не выдержал и сделал тоже самое. Оба синхронно замычали от удовольствия.
– А ничего, – облизывая пальцы сообщил Танзер, – по крайней мере, я уже давным-давно не ел ничего настолько вкусного. Будто бы орехами отдает, да, Зурт?
– Я бы все-таки сказал, что моллюсками, – не согласился тот, продолжая трапезу, – но вкусно, что есть, то есть. И не важно, что это такое, верно, дружище? Мир?
– Я еще подумаю, – сообщил Танзер, с аппетитом доедая свою порцию, – пока мир. Но имей в виду – теперь ты мне должен аж два раза, за дурацкую шутку и за спасение.
– Ну и друг! За все счет выставит! – Недовольно заметил Зуртогга, изгибаясь, чтобы почесать свербящую спину. Танзер заметил его вытанцовывания и тревожно спросил:
– А эта мыркса часом не укусила тебя, Зурт? Все же знают, что эти тварюки переносят кучу всякой заразы. А что, если она тебя заразила?
– Заразила? – Дрогнувшим голосом переспросил Зуртогга, изо всех сил пытаясь подавить панику, которая уже вовсю металась по его измученной душе. – Чем же мыркса могла меня заразить?
– Да чем угодно! – Авторитетно заявил Танзер, откладывая в сторону обертку от еды. – Например, холечумкой. Или герпесифисом. Или туберковлой. Да мало ли какую дрянь она ела! Ты в серьезной опасности, друг мой! Дай-ка я взгляну…
Он снова вытащил универсальный инструмент и включил фонарик. Пыхтя и толкаясь, они принялись за процедуру осмотра Зуртоггиной спины.
– Да не крутись ты! – Сердился Танзер. – Тут у тебя все исцарапано. Непонятно только чем – когтистыми лапами или заразными зубами. Печальная картина. Нужно срочно направляться на медбазу или куда-нибудь еще.
– У нас нет денег! – С отчаянием сказал Зуртогга, схватился за голову и запричитал. – Теперь я умру, умру! Я не хочу умирать, Тан! Я хочу жить, пусть даже такой тупой и беспросветной жизнью как наша! И никакая медицина меня не спасет! Я болен бешенюкством, холечумкой, язвопопнем и еще какой-нибудь мерзопакостью! Я уже чувствую, как моя кровь отравленным ручьем разъедает внутренности …
Хорошая оплеуха немного привела его в чувство. Зуртогга закрыл лицо ладонями, судорожно всхлипывая без слез.
– Все кончено, Тан! Знаешь, развей меня среди звезд, когда все закончится … Хотя бы так приобщиться к великому – как еще это может сделать такое малозначащее существо как я?
«Простите, но нам нужно экономить энергоресурс и как можно скорее определиться с маршрутной траекторией», – вежливо вклинился в их диалог голос грибоида, – «не понимаю, что творится с вашим другом, может вас отправить на какую-нибудь хомоидную планету? Вы бы там могли получить помощь».
– Ага, нам теперь только к соотечественникам осталось высадиться! – Тоскливо сказал Танзер, озабоченно натирая виски. – Сначала высадиться, а потом посадиться. На десяток световых лет в самую беспросветную колонию, исправлять грехи своего задорного молодого характера!
– Меня уже ничто не спасет, Тан! – Продолжал истерически выкрикивать Зуртогга, трясясь от ужаса. – Возможно только какое-нибудь очень доброе божество милосердно решит сохранить мне жизнь …
– А ну-ка тихо! – Свирепо прошипел Танзер, пихая Зуртоггу ногами, затем улыбнулся и радостно воскликнул, – а ведь это выход, Зурт! Думаю, теперь у нас все равно нет выхода – нам нужно лететь на Медизею, в Храм Тридцати Демиургов. Пятьдесят на пятьдесят, что мы там встретим твоего снабдителя. Заодно очень-преочень будем просить демиургов спасти твою бесполезную жизнь. Что скажешь?
Зуртогга отнял руки от лица и прекратил причитать.
