Тогда меня на секунду даже охватила гордость, счастье, пока Амари истекала кровью.
– Я в тебе сомневался. – Отец отступает назад. – Не думал, что справишься. Но ты спас Оришу, а значит станешь отличным королем.
Не в силах говорить, я киваю. Он возвращается к картам – видимо, со мной закончил.
Молча выхожу из комнаты.
Но, когда дверь закрывается, ноги подгибаются, и я опускаюсь на пол.
Пока Зели закована в цепи, это ничего не значит.
Жду, пока отец задремлет, и стражники покинут свой пост. Прячусь в тени.
Железная дверь скрипит, когда врач выходит из камеры. У него серое от напряжения лицо, одежда заляпана кровью. При виде этого моя решимость только крепнет.
Бегу к двери и вставляю ключ в замочную скважину. Собираюсь с духом, хотя никогда не буду готов к тому, что сейчас увижу.
Зели висит, как безжизненная тряпичная кукла. Лохмотья, которые раньше были платьем, промокли от крови. Это зрелище разбивает мне сердце.
Отец думает, что маги – дикие звери.
Внутри борются стыд и гнев, пока я подбираю нужный ключ. Стараюсь не думать о магии, только о Зели. Расстегиваю кандалы на ее лодыжках и запястьях, освобождая от оков. Беру на руки и закрываю ей рот – приглушаю крики, когда она приходит в себя.
Волна боли накрывает меня. Вижу, как швы, которые наложил врач, расходятся, и Зели начинает истекать кровью.
– Я не чувствую ее, – хнычет она у меня на груди. Меняю положение рук, чтобы не касаться бинтов на спине.
– Ты сможешь, – пытаюсь успокоить Зели.
Ее разум словно огражден стеной, за которой вновь и вновь начинается пытка.
Я не ощущаю дуновения ветра и морского запаха. Не вижу ничего, кроме агонии. Она словно заперта в клетке собственной боли.
– Не надо. – Ее ногти впиваются в плечо, когда мы поднимаемся по пустой лестнице. – Я умираю. Оставь меня.
– Мы найдем целителя.
Сапоги стражников стучат за углом. Мы прячемся в пустой комнате, ожидая, когда отряд пройдет мимо. Зели морщится, стараясь не кричать. Я еще крепче прижимаю ее к груди.
Когда в коридоре никого не остается, поднимаюсь выше. С каждым шагом сердце колотится все сильнее.
– Они убьют тебя, – шепчет она, когда я перехожу на бег. –
Я не обращаю внимания на ее слова. Сейчас не время думать об этом. Важно только одно – вытащить Зели…
Сначала я слышу крики. Затем чувствую жар.
Мы падаем на пол, когда огненный снаряд разбивается, перелетев через стену крепости.
Железная крепость возвышается над Гомбе, накрывая все вокруг своей тенью. Солдаты стоят на каждом углу, не покидая своих мест дольше, чем на несколько секунд. Сердце, кажется, выпрыгнет из груди. Мы ожидаем, пока мимо пройдет патруль, охраняющий южную стену. У нас только полминуты. Прошу богов, чтобы этого хватило.
– Ты справишься? – шепчу я Феми, выбираясь из зарослей кенкилибы, под сенью которых мы прятались. С того момента как он коснулся камня, его пальцы не останавливаются ни на секунду, желая наконец выпустить зудящую внутри силу.
– Я готов, – кивает он. – Трудно объяснить, но, уверен, все получится.
– Ладно. – Вновь сосредотачиваю внимание на патруле. – Когда они пройдут в следующий раз, бежим.
Стражники заворачивают за угол. Мы с Феми спешим по газону. Тзайн, Кеньон и Имани следуют за нами, сливаясь с тенью, отбрасываемой зданием, чтобы стать незаметными. Хотя многие предсказатели из тоджу согласились помочь, только Кеньон и его команда осмелились коснуться свитка и пробудить свою магию. Я надеялась, что этого хватит для штурма крепости, но, оказалось, не каждый из их пятерки мог сражаться.
Кани стала целительницей, а Ифе – укротителем. Лишенные боевой магии, они бы подвергли себя опасности. К счастью, Кеньон оказался поджигателем, Феми – сварщиком, а Имани – губящей. Конечно, это не армия магов, на которую возлагались надежды, но с силой солнечного камня, возможно, большего нам и не понадобится.
– Пятнадцать секунд, – шепчу, задыхаясь, когда мы добегаем до южной стены. Феми кладет руки на холодное железо, проводит пальцами по выемкам и пластинам, словно умелый сварщик. Ищет что-то невидимое для нас, но делает это ужасающе медленно, а времени слишком мало.
– Десять секунд.
Феми закрывает глаза и надавливает на металл. Сердце сжимается, мгновения утекают в пустоту.
– Пять!
Внезапно воздух становится гуще. Зеленый свет исходит из рук Феми. Металлическая стена расходится, словно волны.
