Мы лезем в дыру, пробираемся в крепость со всей скоростью, на которую способны. Тяжелые шаги раздаются за спиной у Феми. Он проскальзывает внутрь и затягивает отверстие за секунду до того, как мимо проходит новый патруль.
Я медленно выдыхаю, наслаждаясь этой небольшой победой перед тем, как начнется новая битва. Мы в крепости, но самое сложное – впереди.
Блестящие мечи украшают стены, в их начищенных лезвиях отражаются наши лица. Наверное, это оружейная. Если крепость Гомбе построена по тому же плану, что и лагосская, мы в верхнем ярусе, недалеко от комнаты командира. Значит, камеры располагаются ниже…
Ручка двери поворачивается. Я поднимаю ладонь, приказывая всем затаиться. Дверь оружейной открывается. Слышу звук шагов стражника и ловлю его отражение на клинке, когда он заходит внутрь. Солдат всего в паре шагов от нас. Еще движение, и можно…
– Вперед! – шепчу я.
Тзайн и Кеньон нападают, прижимая стражника к земле. Пока они завязывают ему рот, я бегу к двери и закрываю ее, чтобы ни один звук не вырвался наружу. Когда возвращаюсь, крики солдата заглушает кляп. Наклоняюсь к нему с обнаженным клинком, прижимаю холодную сталь к его шее.
– Закричишь, и я перережу тебе горло.
Ядовитые нотки в собственном голосе удивляют меня. Обычно я слышала их у отца. Но это всегда срабатывает.
Солдат судорожно сглатывает, когда я срезаю тряпку с его рта.
– Пленница-маг, – рычу я. – Где она?
– К-кто?
Тзайн достает топор и заносит его над головой стражника, показывая, что будет, если тот вновь изобразит неосведомленность.
– Камера в подземелье! Вниз по лестнице, самая дальняя справа!
Феми бьет стражника в голову, и тот теряет сознание. Топот других солдат приближается, когда мы бежим к двери.
– Что теперь? – спрашивает меня Тзайн.
– Ждем.
– Как долго?
Смотрю на песочные часы, висящие на шее Кеньона. Зернышки наполнили их уже на четверть.
– Они должны были уже выстрелить…
От взрыва железный пол под ногами трясется. Мы прижимаемся к стене, пока крепость дрожит, закрываясь руками от мечей, дождем падающих со стен. Снаружи доносится еще больше взрывов, сопровождаемых криками бегущей стражи. Я приоткрываю дверь и смотрю, как ватага проносится мимо меня. Они бегут на битву, которой, надеюсь, никогда не случится.
Предсказатели, отказавшиеся пробуждать силы, согласились атаковать издалека. Использовав алкоголь из таверны, мы соорудили около пятидесяти зажигательных снарядов, а остальные сделали рогатки, чтобы привести их в действие. Предсказатели с большого расстояния нанесут удар и успеют ускользнуть на своих зверях, пока солдаты будут приближаться. А пока стражники будут увлечены погоней, мы сбежим.
Мы ждем, пока тяжелые шаги затихнут, и, выскользнув из оружейной, спускаемся по лестнице в сердце крепости. Бежим вниз по пролетам, один за одним минуя этажи железной башни. Еще немного – и мы освободим Зели и отплывем на священный остров. Прибудем туда через два дня, к самому ритуалу.
Но когда преодолеваем новый пролет, группа солдат отрезает путь. Когда они поднимают мечи, мне остается только крикнуть:
– В атаку!
Кеньон бьет первым. В воздухе проносится волна жара, отчего по коже бегут мурашки. Ярко-красное сияние охватывает его руки. Одну он выбрасывает вперед, и с нее срывается поток пламени, впечатывая трех стражников в стену.
Феми следует за ним, используя власть над металлом, чтобы расплавить клинки врагов. Стражники замирают, и вперед выходит Имани – губящая и обладательница самой страшной силы в нашей команде. С ее пальцев струится темно-зеленая энергия, окутывая стражников ядовитым облаком. В ту секунду, когда оно касается кожи, солдаты сгибаются пополам и желтеют, отравленные болезнью.
Новые воины короля спешат на помощь своим соратникам, но силы магов растут, словно не имеют пределов. Они выплескиваются спонтанно, подпитанные энергией солнечного камня.
– Идем, – говорю я.
Воспользовавшись возникшим хаосом, Тзайн проскальзывает дальше. Я следую за ним и, догнав в конце коридора, спешу по лестнице, чтобы спасти Зели. С такой силой нас никто не остановит. Мы справимся с целой армией. Даже если нас найдет…
Он поднимается по лестнице на пролет выше, со всех сторон окруженный стражей, защищающей его от внезапной атаки. В какой-то момент его глаза встречаются с моими. В этом взгляде легко узнать охотника, ищущего свою жертву. При виде меня он на миг застывает от изумления, но, когда понимает, что атакой руковожу я, гневно кричит:
– Амари!
От его взгляда кровь стынет в жилах. Но на этот раз я держу меч и не боюсь им воспользоваться.
Воспоминание о пролитой ею крови встает перед глазами. У меня есть шанс убить отца и отомстить за нее. Пока маги возьмут на себя стражников, мой меч снесет ему голову. Это станет расплатой за все преступления, за каждого погубленного им человека…
