— Но ведь так оно и есть, — горько усмехнулась она. — Все это — я.
Он оказался перед ней в считанные мгновения. Изумрудное платье качнулось, поднятое порывом, локоны прически скользнули за плечи. Навершие кинжала уперлось в изумруд ожерелья.
— Возьмите, — дрогнувшим голосом произнес он. — Я хотел убить императрицу. Это покушение. Но по закону карать меня должна Алиса, как палач, но я бы хотел, чтобы это были вы. Так мне кажется честнее. Уж лучше я умру от вашей руки. Такие сомнения в своем правителе недопустимы. Я позволил себе лишнее. Я обязан служить, а не мучиться нормами морали и воспоминаниями, — тараторил он, словно обезумев.
— Ты имеешь полное право на свои мысли и сомнения, — Люцифера даже не потянулась к кинжалу, продолжая смотреть на Рауна в упор. — Есть ли еще что-то, что терзает тебя?
— Нет, — смятенно прошептал он. — Я знаю, что вы Люцифера. Теперь у меня нет сомнений. Но в моей голове Люцифер две. Та, которая учила меня. И та, которой я служу.
Раун разжал пальцы, и кинжал выпал.
Императрица подхватила его и опустила у бедра.
— Тогда все остается по-старому.
Губы ворона тронула горькая усмешка.
— Нет, моя императрица, — выдохнул он и покачал головой, — Люцифера, по-старому уже не будет никогда. Простите.
— Как понимать твои слова? — она нахмурилась, наклонила голову к плечу.
— Разве вы не станете меня карать за покушение?
— Нет. Я понимаю твою боль. Но следующего раза не будет. Такое прощают лишь однажды.
— Я понимаю. И благодарю вас, — он дождался ее кивка и, развернувшись, медленно побрел к выходу из тронного зала. Крылья черным шлейфом волочились за ним. — Мне нужно время, чтобы все обдумать и разобраться в себе, если позволите.
— Я буду ждать твоего возвращения, — она подняла кинжал перед собой и провела по клинку пальцем. Маслянистый яд оставил на перчатке темный след. — Ты нужен мне. Ты, Лион, Алиса, Кирана, Химари и Хайме. Без вас я не выдержу — я не железная.
***
Когда Раун вышел, из-за колонны показался император.
— Без меня, говоришь, не выдержишь? А я — выдержу?! — рявкнул он. — Я тут чуть с ума не сошел с твоими фокусами!
Она молча стояла, сильно зажмурив глаза, и покачивала кинжал в опущенной руке.
— А если бы и впрямь убил?! — продолжал Лион. — Ты думаешь, я бы успел?!
Императрица повернула голову к окну, будто не слышала.
— Подпускать его так близко, да еще и с этим кумовым кинжалом Химари! — кричал он, подходя к ней. — Ты в своем уме, Люция?!
Люцифера поморщилась — прекрасно знала, что Раун не убьет. Не сможет. Опыт никогда не врал. Но вместо объяснений, она только ответила:
— Ты бы успел, это же ты.
Лион забрал кинжал из ее рук и положил у ножек трона.
— Хорошо, что разговор так закончился, — успокоившись, отозвался он и, подумав, снял с нее и перчатки в пятнах яда. — Твой фактотум наверное чуть с ума не сошел, когда все это обдумывал. А может и сошел.
Императрица тяжело вздохнула. Лион поправил ее волосы и выбившиеся из крыльев перья.
— Я бы на его месте точно обезумел, если бы так сомневался в том, кто передо мной.
— Я Люцифера, — просипела она, опуская голову. — А вы меня с ума сводите тем, что я могу быть Бель.
— Я знаю, Люлю, — он обнял ее, прижав к себе. — Твой кошмар не стал реальностью, не думай об этом.
Но она все равно думала.
— Я боюсь, что я на самом деле — она. И не было никакого ритуала. Ничего этого не было, а я просто так любила свою Люциферу, свою дикую гарпию, что окончательно тронулась умом и в приступе очередной безумной истерики решила, что я — это она, — пробормотала она, сжимая в кулаках его рыжие перья.
— Но у тебя есть воспоминания, их не подделаешь.
— У меня есть воспоминания и о жизни Изабель и о жизни Люциферы. Одновременно, — смятенно прошептала она, прижимаясь щекой к плечу Лиона. — Я как будто помню себя и той, и другой. Осознаю себя Люциферой, но воспоминания принадлежат обеим.
— Не важно, как тебя зовут на самом деле. Не важно, кем ты себя считаешь и что из воспоминаний принимаешь за истину твоей собственной жизни. Важно то, что ты делаешь, — он гладил ее по волосам, успокаивая. — Что для тебя хорошо, а что плохо. К чему ты идешь. Чего добиваешься. Что для тебя ценно. Ты — императрица, моя супруга, мать Нойко.
— Я так устала, я не гожусь на эту роль, — простонала она, снимая диадему об его плечо. Та соскользнула и упала. Отскочила от пола и покатилась к окну.
Император и императрица проводили ее взглядом.
— Ты знаешь, — задумчиво протянул Лион, — если ты действительно больше не можешь, то стоит кое-что попробовать.
Отстранившись, она непонимающе посмотрела на него.
— Среди ангелов есть одна интересная девушка, талантливая, умная, смелая — такая как раз нужна империи, — кивал он, пряча от нее глаза. — Давай отдадим ее ангелам Имагинем Деи?
— Зачем? — смятенно пробормотала она.
— Они сделают все, чтобы вырастить ей вторую пару крыльев. Она станет херувимом и сможет занять твое место, — серьезно глянул на нее Лион.
— Не смешно! — она ударила его в колено.
Лион расхохотался и прижал ее к себе, игнорируя сильную боль в ноге и трепыхающиеся крылья Люции.
