Сегодня женщина была несколько взволнованна. Её распирало от нетерпения, потому что она ждала гостей. Каждый август её навещал мужчина из прошлой жизни. Иден порой забывала, кем является на самом деле, так сильно она влилась в жизнь небольшого городка в Мидгарде. А потому сам Хеймдалль приходил к ней, чтобы напомнить о долге, рассказать все новости и главное — забрать урожай молодильных яблок, в которых, в эти суровые времена, особенно нуждались боги Асгарда.
Весь день Иден была как на иголках. Это замечали практически все покупатели по странному рассеянному поведению женщины. В маленьком городке нельзя утаить тот факт, что каждый год магазин Иден посещает широкоплечий высокий иностранец. Его лицо мало кто видел, а те, кто видел, уже не мог вспомнить спустя несколько часов. Но основные приметы были у всех на слуху — мужчина одет во всё коричневое, у него смуглая кожа и каштаново-рыжие волосы. Незнакомец приезжал в город на чёрном автомобиле с тонированными стёклами, точно в обеденное время, когда у Иден был перерыв. Спустя час он выходил на улицу, грузил деревянный закрытый ящик на переднее сиденье автомобиля, затем уезжал. Таинственный знакомый был ещё одной странностью Иден. О том кто он такой, она отвечала просто: «друг». На вопрос, что в ящике, с лучезарной улыбкой женщина произносила: «яблоки». Больше её расспрашивать не пытались. Когда женщина только прибыла в город и все жители хотели узнать о ней побольше, даже представляясь, она говорила: «Иден, просто Иден», а её фамилию могли знать только полицейские и агенты по продаже недвижимости.
В этот раз всё случилось так же, как и каждый год. Чёрный автомобиль припарковался напротив магазинчика, когда городские часы пробили ровно двенадцать. Мужчина зашёл внутрь и очень скоро на окнах магазина упали жалюзи, скрыв то, что происходит внутри от любопытных глаз.
— Хеймдалль, как я рада тебя видеть! — Иден едва не упала со своего высокого стула в попытке выйти навстречу. Она как раз сделала себе бутерброды и хотела уж было приступить к обеду, но гость прервал её трапезу.
Богиня ловко подскочила к старому другу. На её щеках заиграл румянец, а глаза, и так бесконечно глубокие, как озёра, засверкали от слёз.
— Идунн, — прошептал мужчина настоящее имя богини, сжимая её в крепких объятиях и зарываясь лицом в пушистые волосы.
Слегка отстранившись от бога, но не отпуская его рук, женщина посмотрела в лицо, знакомое до боли. Каждый шрам на смуглой коже и искорки в мудрых карих глазах возвращали её в те времена, когда она, не зная бед, обитала в своём прекрасном саду у стен Асгарда. Жизнь её текла мирно, и муж Браги, вечно преданный и любимый, пел своим сладким голосом сочинённые им песни о жизни девяти миров. От него она узнавала, что творится за пределами сада, а большего ей подчас и не нужно было. Лишь дважды мирное существование дало трещину — первый раз, когда великан Тьяцци потребовал её яблоки у Локи, и второй — когда её и саженец волшебного дерева срочно переправили в Мидгард, подальше от тьмы, расползающейся по мировому древу. Но эти ужасы она вспоминать не любила. Многие назвали бы это трусостью, но Иден настолько отстранилась от прошлой жизни, что воспоминания не могли проникнуть даже в её сны.
— Проходи, раздели со мной обед, и расскажи, что творится в девяти мирах, — произнесла женщина, отходя и указывая на свой стол.
— Я не голоден, — вежливо отказался Хеймдалль. — Да и рассказать действительно есть что. Боюсь испортить тебе аппетит.
— Нет, что ты, — Идунн забралась на свой стул и взяла в руки один сэндвич. — Молодильные яблоки под столом.
Хеймдалль ловко нагнулся и поднял на край стойки увесистый ящик. Открыв крышку, мужчина перебрал красные спелые яблоки. Ящик был полон ими до краёв.
— Мелковаты в этом году, — произнёс Хеймдалль, покрутив в руке алый плод. В огромной ладони бога яблоко действительно выглядело очень маленьким.
— Это из-за похолодания, — тихо отозвалась Иден, чувствуя лёгкую вину за то, что не смогла добиться большего.
— Из-за похолодания, говоришь? — асгардец бросил на неё недобрый взгляд.
— Да, вся весна и лето были очень холодными, — продолжила женщина, доедая сэндвич. — Я могла бы собрать урожай и в сентябре, но некоторые яблоки начали подгнивать прямо на ветках, и я решила не рисковать.
— Не к добру это, не к добру, — произнёс Хеймдалль и стал мрачен. — Тьма расползается по мировому древу во все стороны и уже захватывает Мидгард. Асгард скован льдом. Зима так и не кончилась. А ты знаешь, что это означает.
— Не говори так, — одёрнула его Иден, словно мужчина оскорбил её.
— Дорогая Идунн, ты живёшь в своём маленьком городке, как в изоляции, — с жалостью произнёс Хеймдалль. — Ты не видишь, что творится в мире. А я — страж Радужного моста. Лишь раз в год я покидаю свой пост, а в остальное время наблюдаю миры. Рагнарёк близится. Иггдрасиль умирает. Скади была убита. Всё не спокойно в последнее время, и я знаю, кто ответственен за это.
Но прежде, чем страж Асгарда успел назвать злодеев, над дверью звякнул колокольчик.