- Вы издеваетесь, Конуэй!? Ваш дом достаточно большой, чтобы мы разместились в нем. Вы думаете я позволю своей дочери жить в какой-то дыре без нормального камина и всех удобств?! Вы хам и невоспитанный человек! Живо приготовьте мне и моей дочери комнаты, которые вы нам пообещали в Лондоне или я вернусь в город и каждому расскажу о том, что с вами связываться – время терять. Обещаю, вы ни с кем не сможете сотрудничать, и если у вас даже есть немного денег, вы их потеряете!
Бывший саквояжник Конуэй сжал челюсть до скрипа зубов, чтобы не сказать того о чем можно будет впоследствии сильно пожалеть. Собственно, он уже жалел о том дне, когда позволил себя одурачить этой женщиной, которая теперь будет докучать ему в собственном доме. После всего этого мысль об убийстве стала навязчивой идеей. Хотелось поскорее избавится от ненавистной Эстер и при этом не разорится окончательно.
Чуть более часа спустя Дороти снова открыла дверь в дом отца Уэнрайта. Увидев на пороге живую и здоровую Шарлотту, Дороти кинулась ее обнимать, словно они старые подруги и не виделись кучу лет. Это было приятно, но достаточно неожиданно, учитывая то, что Ди пришла сюда не обниматься, а оповестить пастора, что с ней все в порядке. Однако, Дороти скорее всего воспринимала ее приход как нечто большее.
- Я рад, что ты в порядке, дитя мое, – ласково сказал отец Уэнрайт и приобнял Ди за плечи, поглядывая на раскрасневшиеся щеки своей дочери. – Мы все переживали, что больше тебя не увидим, поэтому хорошо, что ты снова с нами. Выпьешь чаю?
- Пожалуй, – не отказалась Шарлотта.
- Не обращай внимание на небольшой беспорядок, – махнул рукой отец Уэнрайт на разные вещи валявшиеся в беспорядке по дому. – У нас тут детектив гостит. Ну, как гостит, – пожал плечами священник. – Ему нужен покой, а лучшего спокойного места, чем дом священника не сыскать.
Не сказать, что отец Уэнрайт жаловался, но в его голосе прозвучали нотки усталости и раздражения. Хотя они относились не к Шарлотте, это было как-то непривычно. Юная писательница была уверена, что священники по роду деятельности никогда не устают и не раздражаются, просто им Господь не позволяет. Наивное суждение, тем не менее распространялось в Ливерпуле как истина в последней инстанции.
- Может, я чем смогу помочь? Все равно пока что дел у меня не много.
Дороти хлопотала подать чай и краем уха слушала разговор отца и мисс Ди. Ее конечно больше волновал вопрос, где так долго Шарлотта находилась и ей хотелось узнать подробности, чтобы выпустить новую листовку. Но с другой стороны, Дороти просто соскучилась, ведь она считала, что Шарлотта отвечает взаимностью на ее знаки внимания, а поэтому нужно быть настойчивее.
- А, Майкл! – встал отец Уэнрайт славки, едва на нее усевшись. – Сын мой, познакомься с местной журналисткой – Шарлоттой Ди. Она приехала к нам из Ливерпуля, писать книгу.
Майкл Уэнрайт был не похож на своего отца священника. Между ними не было никакого сходства. Разве что рост. Они были ровно одного роста и крепки в телосложении. Но на этом сходства кончались. Майк был немного сутул и грузен. Показалось, что он страдал лишним весом. Хотя слово “страдал” здесь более не уместно, скорее у него был лишний вес, но он его устраивал. Он его не портил, а скорее делал более крупнее и мощнее. Лицо у парня было уже не мальчишеское, но еще и не как у взрослого мужчины. Хотя усы и короткую бородку он уже отпустил. Только вот усы у него были рыжие, как у того пса – Барта шерсть. Чем-то Шарлотте он напомнил мальчишку, что ухаживал за ней в школе. Тот был рыжий и конопатый, грубый и полноватый. Майкл не был толстым, но худым его тоже назвать нельзя. А еще у него в глазах был какой-то странный блеск. И обветренные губы. который он все время облизывал.
- Очень приятно, мисс – коротко поклонился он. – Будьте осторожны впредь в городе.
Шарлотта хотела ответить, что она осторожна, но отец Уэнрайт опередил его с вопросом:
- Томас еще не вернулся? Переживаю за него. Как бы Ридинг его в свою веру не обратил.
- Все равно его койка занята пока что. Детективу нужно каждые пятнадцать минут компресс на лоб делать, а то бедняга мучается. Очередь Дороти с ним возится, – фыркнул Майкл.
- Между прочим я просидела у его койки почти два часа, – возразила Дороти, смерив брата недовольным взглядом.
- Перестаньте, пожалуйста! – тихо попросил отец Уэнрайт. – Вы как два барана вечно не можете уступить друг другу. Что за воспитание у вас паршивое!
Оба молодых Уэнрайта поджали губы и насупились не глядя друг на друга.
- Полно вам, – сказала Шарлотта. – Давайте я присмотрю за детективом? Мне не сложно.
