Один из ассистентов Тщательника прибежал со свободной лабораторной рацией. Ближайший элемент Тщательника взял коробку и передал остальным, чтобы погрузили. Потом Тщательник остановился, будто забыл что-то очень важное.
– Эх, если бы Джоанна здесь была. С комбинированным экипажем куда лучше получается. – Имелось в виду, с человеком и стаей. – Невил! – крикнул он.
Равна встала ногой на край корзины:
– Нормально, я тебе помогу не хуже всякого другого.
Пожалуй, это было правдой: она несколько раз летала вместе с Тщательником. Кроме того, ей не хотелось здесь оставаться и критиковать действия Невила.
А Невил Сторхерте направился к ним. На секунду Равна подумала, что он будет возражать. Но мальчик – нет, взрослый человек, всего на восемь лет ее моложе – всегда восхвалял ее незаменимые организационные умения. На этот раз, кажется, он понял, что ему уже дали работу, и время пошло. Поколебавшись, он помахал рукой:
– Ладно. Доброй охоты!
Она помахала в ответ, потом загнала остальные тела Тщательника вверх, в узкую корзину лодки.
На этот раз Тщательник спорить не стал – залез на борт, все время что-то крича наземной команде. Корзина, как всегда, неприятно закачалась, когда Равна прошла по ней к креслу на корме. Она еще не успела пристегнуться как следует, когда наземная команда обрезала фалы и шар двинулся прямо в небо.
Это было почти как антиграв – но ровнее, чем флаер Странника. Просто земля упала вниз. Глядя через край корзины, Равна видела выложенное барахло тропиканцев. Уж никак там не спрятать целый комплект радиоплащей.
Тщательник завел пропеллер и повернул руль. Судно поплыло над темными прудами, образовавшимися на месте старых карьеров и покрывшими лабораторные контейнеры стабилизированного водорода. В спокойных водах отражались стены каменоломни. Если еще дальше перегнуться, будет видно отражение лодки в воде.
…Но не сейчас. Равна пристегнулась к ремню безопасности и поползла вокруг кормы. Вдоль борта стояли ящики с приборами, в основном плетеные и пропитанные для водостойкости, и задвижки, которые можно было открыть лапами или челюстями. Равна стала открывать ящики один за другим, заглядывая в каждый: гелиограф (раций все же не хватало), карты, две подзорные трубы. Вдруг до нее дошло, что одну вещь надо проверить прежде всего прочего. Положив подзорные трубы, она обернулась к кормовой палубе.
– Ваше высочество! – окликнул ее Тщательник. Она огляделась – шар уже поднялся над стенами каменоломни. – Давайте вы займетесь управлением, а с подзорными трубами я лучше справлюсь. – Тут он заметил, что она пытается стащить кожух кормового балласта. – Ваше высочество, подзор… что вы делаете?
– Мысль пришла в голову – а что, если они сунули плащи в балластные контейнеры?
– А? – Стая на секунду задумалась, несомненно, представляя себе, как эта погоня могла бы разрушить именно то, что они хотели восстановить. Шансов было немного, но…
– Я проверю средние и носовые.
По одной паре за раз элементы Тщательника освобождали рычаги управления, которые держали зубами или лапами, и засовывались в водяные танки, установленные по длине корпуса. Руль загулял свободно, пропеллер замедлил вращение, так что стали видны три лопасти. «Взгляд Сверху» медленно повернулся в почти недвижном воздухе, показывая носом на внешние острова, потом на северный канал, потом на Холм Звездолета. Судно было достаточно высоко, и Равне был виден купол Нового замка.
– В контейнерах только вода, – сообщил Тщательник, возвращаясь к рычагам.
– И здесь тоже.
– И хорошо. Только время уходит. – Он выставил горизонтальный и вертикальный рули на нужный курс и прибавил оборотов винта. Корма «Взгляда Сверху» слегка приподнялась, и шар пошел вниз, поворачиваясь к причалу Северной Стороны острова. – Ты не могла бы провести корабль вокруг Северной Стороны, пока я буду смотреть?
– Вполне.
Летать в такую тихую погоду было просто. Пульт заднего кресла включал в себя два челюстных рычага и еще пару, вынесенную вперед настолько, что их можно было использовать как педали. Все вместе они позволяли управлять рулями и винтом. Не так просто, как интерфейс «показывай и лети», но Равна натренировалась.
Тщательник выставил вперед две подзорные трубы. Выгнутые окуляры можно было поворотом подогнать к любой стороне головы. Посередине каждого тубуса имелась защелка, пристегивающаяся к плечевой лямке обычной куртки элемента. Через несколько секунд трубы были установлены на двух телах Тщательника, и еще два элемента оглядывались, указывая цели для наблюдения.
– Так, хорошо. Подвинься чуть севернее… ага. Если не считать моей строительной баржи, у причала почти никого нет.
Причал Северной Стороны был в основном занят
