Дети неба полностью

– Значит, ты ждешь объяснения? Извинения?

– Прежде всего правды.

Но она не могла справиться с волнением, и голос был сдавленный.

– Хорошо, правды. – Невил на секунду отвернулся. – Правда в том, что ты сама это на себя навлекла, Равна. В первые годы ты сотворила неимоверное добро. Ты до сих пор самый важный человек в этом мире. Вот почему тебе так долго предоставляли свободу рук – из-за того, что каждый, кто умеет думать, понимает, в каком мы у тебя долгу. Именно поэтому твои… странности привели к такой… такой трагедии.

– Ты на самом деле не веришь в Погибель?

Невил раздраженно пожал плечами:

– Я верю, что мы не в том положении, чтобы точно знать, что там случилось Наверху. Наше присутствие здесь – верное свидетельство, что в Верхней Лаборатории случился гибельный инцидент. Твое присутствие и то, что видно из файлов «Внеполосного», – хорошее свидетельство, что твои родные миры и мои, вероятно, уничтожены. Молчание во всем небе – доказательство, что Край постигла какая-то страшная катастрофа. Но твоя одержимость «Погибелью» выходит за рамки разумной логики.

– Остатки ее флота всего в тридцати световых годах, Невил.

Сторхерте мотнул головой:

– Тридцать световых лет, ага. Примерно сотня кораблей, движущихся со скоростью нескольких километров в секунду, без когерентной системы наводки и без рамскупов – все это по твоим сведениям! Через несколько тысяч лет они могут где-то упасть на планету. Когда это наконец случится, все факты, которые лежат за этой неопределенностью, будут древнейшей историей. А тем временем…

– Ты принимаешь желаемое за действительное, Невил. Флот…

– Нет, Равна, я все это уже от тебя слышал. Это твоя мантра, твой предлог прятаться на борту этого корабля. И проблема только обострилась за все эти годы, потому что мы, старшие, можем уже позаботиться о младших. Ты могла бы все еще стоять у руля, Равна, если бы полностью не потеряла контакт с нами.

Равна уставилась на него, едва замечая, что челюсть у нее отвисла.

– Никто не жаловался…

– Ты бы не стала слушать. – Он помолчал. – Пойми меня: я умеренный. Мы, Дети, помним своих родителей и знаем, что они не были дураками. Верхняя Лаборатория собрала лучшие умы Страумского царства. Они не пробудили бы Великое Зло. И при этом когда мы смотрим на бортовой журнал твоего корабля, что мы видим? Что ты и Фам Нювен всюду приносили с собой катастрофу. Ты признаешь, что Фам Нювен был инфицирован какой-то частью некой Силы. Ты ее зовешь Контрмерой и признаешь, что она уничтожила цивилизации куда хватает глаз. Некоторые из нас смотрят на эти факты и заключают, что все твои слова могут быть правдой – только добро и зло переставлены. – Он пренебрежительно махнул рукой: – Я такую позицию считаю экстремизмом, таким же сумасшедшим, как твой, но и близко не таким опасным.

– Не таким… опасным?

– Равна, ты совсем сошла с рельсов, ты все больше и больше ресурсов отвлекала ради своей мании. Поэтому – да. Я тебе лгал. И я рассказал Резчице о твоем обмане. Я подстроил твое падение. Но каким бы грубым он тебе ни казался, это был самый мягкий способ совершить перемену. Тебя отстранили от власти, но оставили возможность приносить пользу. – Он смотрел ей в глаза. Может быть, оценивая реакцию, может быть, ожидая ее. Реакции не было. Он тогда наклонился вперед и продолжал более сердечным голосом: – Равна, ты нам нужна. Тебя любят все младшие. Ты – единственный взрослый, который у них есть. На уровне холодной логики ты нужна потому, что ты – единственный выживший профессионал, при этом – библиотекарь. Некоторые из моих друзей умны и самоуверенны, они всю жизнь прожили, пользуясь нормальными вычислительными мощностями. Они не одну проблему решили – но в Верхнем Крае. Сейчас они начинают осознавать свою беспомощность. А ты по сравнению с ними – совсем на другом уровне. – Невил отклонился назад, глядя на нее пристально. – Равна, пусть ты и ненавидишь меня до печенок, но мне отчаянно нужна твоя помощь. Вот почему я постарался сделать твое новое жилье как можно более уютным. Вот почему я попытался минимизировать унижение, которое ты, быть может, испытываешь. Пусть ты уже не можешь быть главной, я надеюсь на твою помощь. Проекты у нас будничные и приземленные, но они необходимы, чтобы этот мир выжил.

Равна резко мотнула головой:

– И ты хочешь, чтобы я это делала с доступом игрового уровня, который мне сегодня дал Били?

Невил улыбнулся ей. Впервые за весь сегодняшний разговор, и улыбка эта наверняка значила больше, чем все его дружелюбие до переворота.