И Равна могла непосредственно проверять страхи Странника о том, что Невил – негодяй. Используя права командира и программы Фама, она могла заглянуть в каждую операцию Невила с кораблем, читать его почту и все его разговоры. Она могла даже видеть многое из того, что делается на орбитальном модуле.
Да, Невил, Били и их внутренний круг впадали в отчаяние. Они расширили операции наблюдения, даже внедрили своих людей в группы, которые собирались требовать новых выборов. Но разговоров о насилии не было, только хитрости и грязные трюки. И руководство «Внеполосного», и Странник рекомендовали, чтобы Равна начала переговоры с людьми Невила о компромиссе, достаточно мягком, чтобы никто не счел исход выборов нестерпимым позором.
Все это все больше и больше удерживало Равну на корабле, заставляя спать урывками и работать до сумерек следующего дня. На севере Тщательник уже был готов выпускать свои сумматоры! К несчастью, это значило, что ему нужны новые результаты с «Внеполосного».
Равна возилась с этой проблемой целую ночь, надеясь, что программы ребят оставят системе какой-то ресурс. Она могла бы воспользоваться правами командира и невидимо понизить приоритет у Детей. Но это могли бы и заметить… и в любом случае это ощущалось бы ею самой как предательство. И она решила не трогать их приоритет. Наконец она усталой походкой ушла по задним коридорам за грузовым трюмом, слишком вымотанная, чтобы идти через Новый зал, где пришлось бы разговаривать.
Снаружи уже гас свет полдневных сумерек. Для глаз элементов стай это была бы полная темнота, а для человеческих ландшафт смотрелся как серое на сером, и чуть более светлые наметы последнего снегопада громоздились под изогнутыми шипами звездолета, переходя в темнеющие голые крутые скалы и снова в снега, укрывшие морской лед далеко внизу.
Равна поднималась по склону к городу. Начинался предсказанный кораблем снегопад, но тихий и безветренный. Когда он кончится, придется потрудиться, разгребая сугробы, но пока что он лишь едва ощущался. Равна зажгла наручный фонарь и пошла дальше. Прежние снегопады сузили путь, но на дороге было лишь немного людей и совсем мало стай.
Она знала, что до прилета людей жизнь в Домене зимой практически останавливалась. Даже в последние годы, при освещении и отоплении, большинство предприятий в темноте и холоде работали медленнее. Но впереди, в сердце города, идут занятия в Академии. И там почти все младшие Дети, и первого, и второго поколения. Их менее всего подавляла зимняя депрессия. У самых младших людей энергии столько, что если дать и свет, тепло и пищу, они отлично будут жить. До создания Нового зала центром общественной жизни зимой была Академия. И там даже сейчас можно найти с десяток стай, оглушенных теплом и весельем. Равна подумала, понимает ли Невил, что Академия все еще дает ей некоторое преимущество.
Свет лампы отражался от потока снежинок, падающих все гуще и гуще. Равна дошла до окраины города. Десять лет назад именно здесь она впервые ступила на планету Стальных Когтей. Города еще не было, а замок только строился. Эта земля стала полем битвы. Сейчас здесь был средневековый город. И даже не средневековый. Здания из камня, дерева и плетеных веток, но по их стенам проходят трубы и высоко торчат над крышами башни для горячей воды. Никто не бросает мусор из окон на улицу, и даже в разгаре лета не застаивается в канавах сточная вода. При строительстве города Тщательник воспользовался корабельными архитектурными архивами, чтобы проложить канализационные трубы под улицами, и лучевой пушкой «Внеполосного», чтобы заставить воду течь круглый год. Эти мелочи превратили город в самое удобное и уютное место на всей планете.
И вот сейчас, здесь, на Дороге королевы, Равна может вот-вот заблудиться! Видно не дальше двух метров перед собой, а дурацкий наручный фонарь оказался совсем бесполезен. Свежий снег уже замел все следы, остались только самые глубокие колеи, и даже собственные следы Равны засыпал. Посмотрев вверх, она увидела размытое синеватое свечение – наверное, свет в высоком окне. Ха. В ливень, даже ослепляющий в полночь, можно было бы подойти к ближайшему зданию и идти, держась за стенку, узнавая местность. Сейчас снег от предыдущих бурь, лежащий сугробами, не пропускал ни к чему знакомому.
Она двинулась дальше, приняв допущение, что где проще всего идти, там и находится середина улицы. Звездами ей служили одиночные лампы в окнах. Примерно в ста метрах должна быть площадь с фонтаном.
–
Звук был лишь чуть громче шороха снежинок и совершенно точно совпадал с ним по тембру. Либо уши ее подводят, либо какая-то стая тихо пытается привлечь ее внимание. Равна свернула с предполагаемой середины дороги на звук. В сугробе оказалась расщелина, зазубринка, отмечающая переулок или поперечную улицу. Равна посветила туда фонарем.
Странное шипение прекратилось. В середине светлого круга сидела на корточках в снегу стая. Один из элементов махнул ей головой.
