– Итак, через годик-другой бедные твари вымрут и проблема народа Древорезчиков решится?
– Нет, ничего подобного… почти ничего подобного. Веками Древорезчица и ее народ имели с ними дело и знают, что стоит только дождаться хорошей промозглой осени и попутных течений на юг, как выжившие сами запросятся прочь. Стоит просто починить их плоты или связать им новые. Не так это и сложно – сбацать для них раздолбайки вроде тех, какими они обычно пользуются.
– Ты хочешь сказать, что выживших тропических Когтей посадят на плоты и пустят в открытое море?
– Опять-таки не совсем, но в этот раз ты почти угадала. Старая Древорезчица поняла их природу: тропические – они как перелетные птицы. Любят яркие и блестящие штучки. Они любят тех, кто собирает хворост и разводит костры, – довольно глупо, поскольку во влажную погоду им все равно долго не продержаться. Любят всякую дребедень. Наши уже давно выучили, какие штуковины им подсовывать. Они их грузят на плоты и кораблики, дают немного еды – и если прилив благоприятствует, все оставшиеся в живых тропические тут же на борту. Стоит лишь подтолкнуть их в южное течение, и проблемы как не бывало.
Йоханна потянулась к серебристой металлической обшивке антиграва. Колпак от ее прикосновения подскочил вверх, а трап уперся в землю. Хотя суденышко проектировалось для существ на тележках, его оказалось довольно просто приспособить под нужды людей или Когтей. Йоханна забралась в кабину и села на привычное место (уже не так хорошо отвечавшее человеческим потребностям). Странник выбрался наверх по скале и элемент за элементом взбежал по трапу.
– Нельзя относиться к ним как к полноценным Когтям, Йоханна, и ты это знаешь.
– Странник, ведь не все ваши такого мнения, а?
Пятерка завозилась, устраиваясь в рубке пилота. Интерфейс антиграва мог бы внять ее стараниям, если бы дело происходило в Запределье, но так глубоко Внизу, в Медленной Зоне, автоматика функционировала только в режиме, по умолчанию рассчитанном на изначальных владельцев – наездников. На всей планете, наверное, их уже ни одного не осталось, а жаль, ибо именно пользовательский интерфейс по умолчанию предоставлял контроль за сенсорами, раскиданными по периферии рубки. Наверное, и человеческий экипаж смог бы управлять суденышком, если бы всю жизнь тренировался, привыкая к нестабильности полетной системы. Стая же, особенно такая опытная и бесшабашная, как Странник, могла пилотировать флайер не хуже наездников, только медленнее.
Дверь закрылась, Странник начал перенастраивать антигравитационные полотнища, но частью элементов семотрел на девушку, явно обдумывая последний заданный ею вопрос. Он придал человеческому голосу нотку грусти:
– Нет, Йоханна, они больше, чем просто животные. Моя возлюбленная Древорезчица наверняка сказала бы, что они в то же время и меньше, чем животные, но я знаю, что ты в это не поверишь. Я слишком часто распадался сам.
Он нажал одну из дюжин управляющих кнопок, выполненных в форме углублений в контрольной панели. Антиграв поднялся в воздух сначала левым боком, потом правым, покачался из стороны в сторону, точно не желая отрываться от каменного лица скалы. Странник откорректировал курс, и суденышко подалось влево, скатываясь с площадки, но в то же время держась поодаль от самых крупных валунов на склоне. Странник нащупал нужный ритм, и флайер воспарил в воздух, лишь изредка царапая днищем скалы. Два года назад, когда стало ясно, что Странник один в состоянии управляться с флайером, у него развилась привычка закладывать такие виражи, чтоб у пассажиров вырывался только бессильный писк. Это было свойственно его юморной натуре и являлось неотъемлемой частью того удовольствия, которое он получал от полетов. Йоханна держалась достойно в этой игре, даже когда Равна сдалась.
Но сейчас она позвала его, и он откликнулся с готовностью; девушка была уверена, что коли уж флайер ведет себя непредсказуемо, то это не фокусы Странника, а проблемы антигравитационной ткани. Она выдыхалась, теряла основные полезные свойства. Кусок за куском ее приходилось заменять материалами с «Внеполосного-II». Страннику приходилось снова и снова переучиваться, чтобы управлять полетом суденышка. На старые выходки у него времени не осталось. Флайер скользнул вниз метров на пять, но отлепился от скалы. До валунов оставалось еще метров двадцать, и теперь-то стало понятно, что вихляние судна вызвано не техническими проблемами и не отказом каких-то участков ткани. Они мало-помалу поднялись вверх, и Странник повернулся к ней большей частью элементов.
– Я забыл спросить, куда мы летим.
– Туда, где этим морякам можно найти крышу над головой, – ответила Йоханна.
