Детали деятельности Били оказались погребены под горами поврежденных журнальных файлов. Непохоже было, что Били их шифровал на случай взлома: скорее имела место глобальная системная ошибка. Равна рассчитывала со временем докопаться до истины, а пока что сконцентрировалась на попытках связаться с Магнатом и хакнуть спутниковую ретрансляционную линию.
Меж тем Невил дал о себе знать, осторожно прозондировав обстановку на борту «Внеполосного-II». Предводитель Отрицателей, как Равна политкорректно велела его называть, располагал большинством коммуникаторов и доступом к спутнику. Учетные записи Отрицателей Равна не стерла, но заключила в виртуальные «клетки». Невил не замедлил проглотить наживку и принялся лихорадочно копаться в них, разыскивая дыры в системе безопасности. Доски объявлений и форумы захлестнул поток Невиловой пропаганды. Его бесталанные попытки вломиться в систему дали Равне немало полезной информации.
Древорезчица выслала к Отрицателям отряды парламентеров. Тех приняли мирно и позволили пообщаться с некоторыми участниками исхода. Шестерых удалось вернуть домой.
Но Равна день за днем ходила по улицам Новозамка – везде стояли опустевшие жилища, чьи темные окна казались ей дырами в тонюсенькой ткани, которой представлялось ее здешнее человечество. Отрицание Погибели раскололо человеческую расу чуть ли не поровну, да к тому же отток Детей продолжался: некоторые все еще ускользали из города, догоняя караван.
Через пять дней исход Невила закончился в изобилующей теплыми источниками долине висячих скал километрах в ста к северо-востоку. Древорезчице это место было известно, и она сообщила Равне, что уже около века периодически рассматривает планы заселить его, но всякий раз отвергает из-за крайней опасности.
Туда маленькая воздушная лодка Щепетильника долететь бы не смогла.
Миновало три дня, в течение которых Невил ограничивался голосовыми выступлениями по радио и бодрыми постами на форумах от счастливых приверженцев. Он обещал со дня на день передать и картинку. Когда она поступила со спутника, Равна переключила видео на экраны Большого Приемного Зала. Там они с Древорезчицей и заслушали обращение Невила в компании почти всех оставшихся Детей и Лучших Друзей человека.
Поселение, которое Невил назвал Лучшей Надеждой, располагалось почти на краю долины, у скальной стены Ущелья Источников. Эта местность относилась к Ледовым Клыкам и граничила с Доменом Древорезчицы, но не входила в него. Охотники и фермеры народа Когтей не слишком жаловали этот высокогорный край, но Сторхерт был оптимистичен. На первом видео Невил стоял, указывая широким жестом на Долину Порожистой Реки.
– Эта земля идеально подходит для человека, для основания и развития независимого поселения. Увидимся на этом самом месте через год: тут поднимется высокая поросль наших новых зерновых культур, а со временем этот роскошный ковер раскинется аж до края Северного ледника.
– Удачи, жопоголовый придурок! – крикнули из зала. – Вы тут и былинки не вырастили, пока ехали на наших шеях!
Точка обзора камеры резко сместилась, уходя от ледника, пронеслась над рекой и остановилась у северной стены. Когти удивленно зашумели.
– Эй, вы гляньте! – сказал Эйвин. – Вот, оказывается, почему они туда приперлись!
С этого ракурса они заметили то, что обычно оставалось недоступным страннику, державшему путь по привычным тропам Ущелья Источников; в темной скальной стене отрога долины зияла высоченная вертикальная щель.
– Двадцать метров высоты? – спросил кто-то. – Вон там?
Теплый голос Невила заглушил пререкания по эту сторону экрана:
– …вероятно, даже Когти не подозревали о существовании здесь разветвленной системы пещер, образованных теплыми источниками. Это всецело человеческое открытие. – Он шагнул в поле обзора камеры. – К счастью, команда исследователей, обнаружившая
Зал взорвался воплями возмущения:
– Ах ты ж, сукин сын!
– Все это время в «исследовательских экспедициях» он работал на Невила!
– Мразь, скотина, подонок!
Джефри в зале не было, Равна уже проверила.
На экране Невил патетично воздел руки, словно предвидев ропот протеста, произведенный его заявлением:
– О, я знаю, что несколько погрешил против истины. Это не
В зале раздался злой хохот.
– Эй, да помяни же добрым словом почившего друга Проныру!
– А десять дней назад он был всего лишь
