Равна еще немного понаблюдала за полетами, потом отделилась от веселой оравы и пошла своей дорогой. За ее спиной понемногу затихали восторженные вопли. Перед Равной открылась панорама северной части Протоки, отделявшей Тайный Остров от материка; солнечный свет отражался от воды и слепил глаза. Сам остров казался отсюда смутным силуэтом, растущим из алмазно-сверкающей водной глади.
И наконец дорога привела Равну на северо-западный склон Холма Звездолета, в совершенно особое место.
Кладбище для Детей и Когтей. После возвращения она была здесь только однажды – на похоронах Эдви Верринга и Норасндотов, а в одиночестве не решалась посетить кладбище с той самой дождливой и роковой ночи с Невилом. Окружающие, вероятно, решили, что именно тот случай исцелил Равну от былой привязанности к этому месту. Ну что ж, один урок Равна выучила назубок: если сталкиваешься с кем-то на этом кладбище, такую встречу лучше не причислять к совпадениям.
Ее сегодняшний визит не был продиктован и отчаянием. Все шло отлично. Грядущей зимой бессменно курируемая Щепетильником «Холодная Долина» обещала выдать на-гора первые микропроцессоры. Как только Магнат поставит их на поток, технология постучится во все двери. А с ней рука об руку явится некое подобие цивилизации.
Даже Джефри вел себя вполне пристойно. Они с Амди помогали восстановленному Винтозубу возводить первые трассы для скоростных грузоперевозок. Древорезчица и Шкуродер вполне уверились, что Джефри не агент Невила. С каждым днем Равна укреплялась во мнении, что Джефри останется жить в Домене.
Равна шла меж рядов надгробий по ковру губчатого мха. В мемориальной части она заметила несколько новых надгробий, не Эдви и не Норасндотов. На могилах Белль Орнрикак и Мусорщика Пели лежали свежие цветы. Дети, по крайней мере оставшиеся в Домене, вернулись к древним формам почитания памяти усопших, хоть это и послужило предметом горячих споров.
В этот день, точнее, в эту ночь Равне было кого помянуть лично. Камень Фама – высоченный, неправильной формы валун – стоял на дальнем конце поля, почти на краю Холма. Она некоторое время сидела с его северной стороны, прислонившись к нагретой солнцем глыбе.
Потом встала, обошла надгробие… и на нее уставились восемь стайных голов.
– О, Амди! Привет.
– Привет, Равна. Какое совпадение!
Стая оккупировала все доступные плоские выступы с противоположной стороны валуна. Амди снова набрал вес, почти восстановив утерянное в неволе, а пару его голов украшали расшитые наглазные повязки. Он не слишком-то удивился, заметив ее. Ну разумеется, он же наверняка услышал ее метров за сорок.
Амди сместился в сторону, освободив выступ, достаточный, чтобы туда можно было примостить человеческий зад.
Равна села.
– Там, выше по склону, ты говоришь с Фамом? – В голосе Амди не было и тени сарказма.
Равна кивнула. «Говорила». Она окинула взглядом ближайшие головы Амди. Стая уже успела свернуться калачиком, подвигаясь к ней.
– А ты чем здесь занят, Амди?
– О, я часто сюда заглядываю в последнее время. Посидеть и подумать, ну, ты знаешь.
Амди стал отшельником? Разве могло пережитое
Он умостил голову на колене Равны и посмотрел ей в лицо.
– Правда-правда! Хотя сегодня у меня другой повод. Я кое-кого ждал.
Она взъерошила его шерсть:
– Я что, настолько предсказуема?
«Значит, никакое это не совпадение».
Амди встряхнулся:
– Скажем так, на тебя можно положиться.
– Так почему ты меня ждал?
– Ну, я ведь не сказал, что ждал именно тебя, – озорным тоном протянул Амди.
«Но и не опроверг».
Они посидели еще какое-то время, греясь на солнышке и наслаждаясь игрой света на ряби Проток. Тут и вправду было тихо, спокойно, если бы даже Амди не разлегся сверху, снизу и позади Равны. Амди поднял к ней еще одну голову. Погладив его за ушами, она заметила глубокий шрам, полускрытый наросшей шерстью. Шрам тянулся от глотки почти до среднего уха. На память о Проныре, как и многое другое.
– Не переживай, – сказал Амди. – Уже все зажило. Я как новенький.
– Не буду.
Но два глаза, конечно, не восстановились. Их нельзя было заменить так же легко, как исцелить прочие раны Амди или переломы лицевых костей Равны.
В Протоках не проплыло ни лодочки, а дальше на север расплескалось безбрежное солнечное сияние. Равна и Амди с легкостью могли представить себя единственными человеком и стаей в целом мире.
Поправочка.
Один из глайдеров Детей только что появился с юга. Выполнив несколько головокружительных маневров и взобравшись по воздушным потокам чуть не на полнеба, пилот заложил широкий вираж и устремился к Холму Звездолета. Обогнув его и развернувшись, он на миг завис под небесами совершенно неподвижно.
Амди показал мордой на аэролет:
– Знаешь ли, вот еще один повод обзавестись радиоплащами. Один элемент стаи куда меньше человека. Он может летать в плаще, а другие могут остаться внизу – или даже взять и себе глайдеры!
Созерцательное настроение развеялось. Равна усмехнулась:
