Сероп отвел руку, стараясь, чтобы его кундуры было лучше видно, и указал на двойной шов в подошве.
– Мягкие и крепкие, – промямлил он, краснея.
Капуто кивнул.
– Что-нибудь еще?
– Здесь двенадцать пар таких.
– Разные?
– Да, у меня есть пара с вышивкой.
Капуто дал ему понять, чтобы он поспешил, что у него мало времени.
– Вот эти, – сказал Сероп, показывая пару.
– Очень мило. Сколько стоит пара?
Сероп неуверенно пожал плечами:
– Не знаю.
Капуто поднялся:
– Отлично, я покупаю тридцать пар твоих кундур с вышивкой, с тридцать шестого по тридцать восьмой размер, дорогой…
– Сероп.
– Принеси их мне, как только будут готовы, пятьдесят сантимов за пару.
– Но…
– Пятьдесят, и ни сантима больше.
Сероп не дышал.
– Ты живешь в лагере армянских беженцев, не так ли? У тебя есть жена и дети?
Сероп кивнул.
– Будь осторожен с комарами, – предупредил его Капуто, когда телефон снова зазвонил.
Когда Сероп вышел на улицу, магазин закрывался. Неожиданно он почувствовал тошнотворный запах тухлых яиц и увидел с удивлением, что молодой продавец опрыскивал чем-то помещение, держа в руке металлический баллончик с наконечником, из которого вырывалось облако. У Серопа запершило в горле и захотелось кашлять.
– Как тебя зовут?
– Франческа, а тебя?
– Микаэль.
– Микаэль?
– Да, Микаэль, – сказал юноша с ударением на последнем слоге.
Под прикрытием густых зарослей лаврового куста он забрался на стену, которой был обнесен колледж, опираясь на выступающие кирпичи. За библиотекой стена немного разрушилась, так что было несложно забираться на нее и наблюдать за окружающим миром за пределами колледжа.
Девушка, с которой он болтал, стояла с другой стороны стены, и было ей, судя по всему, не больше пятнадцати лет. Она была тоненькой, но в контраст с внешностью обладала сильным и решительным голосом. На ней было голубое полупальто «монтгомери» с широким капюшоном на шотландской подкладке, который покрывал ей плечи, как шаль. В руках у нее была палочка, и она постукивала ею, как фея, по всем щелям в стене.
– Что ты делаешь?
– Меня прислала графиня, – ответила она, указывая на здание напротив. – Она боится, что здесь где-то крысиная нора. Вчера утром она орала, как сумасшедшая, и разбудила нас всех.
– А ты что должна делать?
– Ну, не знаю, проверить, действительно ли это так. – Они посмотрели друг на друга.
Она была совсем обычная девушка, только глаза очень красивые, ясные, и в них поблескивало множество золотых искорок.
– Это школа? – спросила она, показывая на здание за спиной Микаэля.
– Колледж.
– Вы ведь не итальянцы, правда?
– Армяне.
– Моя мама рассказывала мне про вас, говорит, что вы там всегда были.
Микаэль кивнул.
– Что это за книга? – спросила Франческа, показывая на томик в кожаном переплете, который он прижимал к груди.
– Это роман. «Преступление и наказание», читала?
– Нет.
– Федора Достоевского.
– «Идиот».
– Что?
– Этого писателя я читала только «Идиот».
– Ну, это совсем другая история.
– О чем в ней говорится?
– О преступлении и наказании. – И Микаэль засмеялся над своей шуткой.
Франческа чуть улыбнулась.
– Прочти мне самый интересный отрывок.
– Их много, даже не знаю.
– Тогда прочти, какой хочешь.
– Давай лучше так: я открою книгу на случайной странице и прочту.
– Хорошо, – ответила Франческа.
Юноша попытался принять более удобное положение, растянувшись на боку на стене.
– Раз, два, три. – Он закрыл глаза и раскрыл книгу, потом бегло просмотрел страницу и подмигнул девушке, которая терпеливо ждала.
Наконец Микаэль глубоко вздохнул и начал читать:
– «В первое мгновение он думал, что с ума сойдет. Страшный холод обхватил его; но холод был и от лихорадки, которая уже давно началась с ним во сне. Теперь же» – Он вздрогнул.
Шорох среди деревьев заставил Микаэля повернуться в страхе, что кто-то из товарищей или, того хуже, преподавателей шпионит за ним. Из-за этого резкого движения он потерял равновесие. Чтобы не упасть, он схватился за стену обеими руками и выронил книгу, но Франческа ловко подхватила ее на лету.
– И что теперь? – спросил Микаэль испуганно.
– Теперь я почитаю, – сказала она, посмеиваясь.
– Это не моя книга, я взял ее в библиотеке. Если меня уличат…
– Тогда я принесу ее тебе, встретимся у входа в колледж.
– Нет, нет, боже упаси!
Франческа улыбнулась:
– Как же быть?
– Тебе нравится ходить в кино? – спросил Микаэль, стараясь вложить в эти слова все свое обаяние.
Через некоторое время он спрыгнул со стены со сладким привкусом во рту, будто только что сосал медовую карамельку.
