— Вы что же, думаете, я бы ничего не понял, если б оказался в армии Виггина, причем там же были бы и все остальные из моего списка?
— Никто не говорил, что мы будем следовать твоему списку буквально!
— Будете, потому что я прав и вы это прекрасно знаете, — отозвался Боб. — И это будет армия первый сорт! С Виггином во главе мы накостыляем им по задницам — костей не соберут.
— Это гипотетическое поручение. И ты о нем помалкивай. Никому ни слова.
Это был сигнал к завершению разговора, но Боб уходить не собирался. Они обратились
— Причина того, что это будет хорошая армия, заключается в том, что ваша система выдвигает вперед много таких, кого выдвигать не надо. Около половины курсантов школы — это новички и те, кто стоит в списках командующих на обмен. Это все те, кого еще не успели измордовать идиоты, которых вы сделали командующими армиями и взводными и которые умеют только одно — требовать, чтоб им лизали жопы. А новички и «неудачники» — они как раз и будут победителями. Виггин это давно понял. Он знает, как нас можно использовать.
— Боб, а ты ведь бываешь прав не так часто, как тебе кажется.
— Нет, сэр, я прав. Иначе вы не дали бы мне такое поручение. Могу ли я быть свободен? Или вы хотите, чтобы я продиктовал вам список сию минуту?
— Свободен! — рявкнул Даймек.
Не надо было провоцировать его, думал Боб. Теперь он перелопатит весь мой список, чтобы доказать, что он тоже на что-то способен. Но нет, не такой человек Даймек. И если я ошибаюсь в нем, значит, я и во всем другом тоже ошибаюсь. А кроме того, как приятно резать правду-матку тому, кто имеет власть!
Поработав над списком еще немного, Боб обрадовался, что Даймек не поймал его на слове и не заставил диктовать список там же, на месте. Ибо дело было не в том, чтобы просто продиктовать фамилии сорока лучших солдат из новичков и ребят, намеченных к переводу.
Виггину вообще-то еще рано командовать, и старшим ребятам будет нелегко принять его в качестве командующего, да еще в условиях, когда они сами будут торчать среди малышни. Поэтому Боб начал с того, что вычеркнул всех, кто был старше Виггина по возрасту.
Таким образом, у него осталось шестьдесят ребят, каждый из которых по своим качествам вполне подходил для его армии. Боб выписал их имена, расположив в убывающем порядке по «ценности», но тут же понял, что совершает еще одну ошибку. Многие из них состояли в той группе, которая ходила на тренировки с Виггином в свободное время. Виггин знал их очень хорошо и, конечно, из них бы выбрал своих взводных командиров. Командное ядро армии.
Беда была в том, что хотя двое из них действительно стали бы прекрасными взводными, но опора Виггина на эту группу поставила бы вне его поля зрения всех прочих, которые к ней не принадлежали. Включая и Боба.
И тогда он не назначит меня взводным. Впрочем, он все равно вряд ли выберет меня. Он поглядит на меня, но лидера не увидит.
Но ведь не все упирается в меня. Неужели я погублю дело только ради того, чтобы показать, на что я способен?
Но если даже и так, что тут плохого? Я знаю, чего стою, знаю, что смогу сделать то, чего больше никто не сделает. Учителя видят во мне будущего ученого, они знают, что я умен, они доверяют моим суждениям, но эту армию они создают не для меня, а для Эндера. И мне придется еще доказывать им, на что я способен. И если я один из лучших, то дело лишь выиграет оттого, что мои достоинства будут выявлены быстрее.
И тут же подумал: а ведь идиоты наверняка так же рассуждают, когда мечтают представить себя миру во всей красе?
— Привет, Боб, — сказал Николай.
— Привет, — отозвался Боб, прикрывая рукой дисплей. — Что новенького?
— Да уж какие у нас новости. А ты чего такой серьезный?
— Выполняю задание.
Николай рассмеялся.
— Ты никогда не бываешь серьезным, выполняя домашнее задание. Быстренько прочтешь, еще быстрее отстучишь на клавиатуре, и вся игра. Тут что-то другое.
— Факультативное.
— И трудное, а?
— Не такое уж.
— Ладно, извини, помешал. Подумал, может, неприятности какие. Письмо из дому или что.
