– И помня, что милосердие к Чужим обернётся ужасами для твоего народа, – по какому-то наитию добавил Белый Генерал.
– Вы поняли, – склонил голову Фокадан, – может быть, века спустя, но непременно.
По уходу Скобелева попаданец без сил упал на диван, но минуту спустя его растолкал Келли.
– Глаза промой, командир, – настойчиво сказал секретарь, – не знаю, что за дрянь ты себе в них капал, но вид совершенно потусторонний. Белладонна?
– Другая гадость, – не стал вдаваться в подробности Алекс, умываясь над тазом, – не то чтобы это поможет.
Но вода и правда будто смыла эту наркотическую ересь, что он нёс недавно. Актёрство высшей пробы… сколько раз собеседники забывали, что Фокадан начинал как актёр? Бог весть… Одни пренебрежительно относятся к актёрам с глубоко провинциального американского континента, отказывая им в малейшем проблеске таланта. Другие преувеличивают собственную проницательность, будучи твёрдо уверенны, что уж они-то раскусят игру! Как же, ведь почти все люди из хороших семей балуются домашними постановками!
Многократно отрепетированная сценка, с ветвящимся на разные случаи сценарии, наркотические куренья…
– И зачём всё это потребовалось? – Поинтересовался Келли, – тайны, Древние Цивилизации? Знаю, что многие из сказанного правда, но и врак навертел ты немало.
– Вера, – спокойно ответил Фокадан, улёгшись на диван и часто моргая воспалёнными глазами, – Белый Генерал должен верить в свою Миссию, как никто. Видел, каким вышел? С его харизмой и причастностью к Древним Тайнам… С таким настроем Афганистан и Индию пройдёт насквозь, тамошние племена очень склонны к мистике и Сильным вождям.
– Да, – согласился Келли, встав у окна и глядя в темноту улицы невидящими глазами, – теперь у него есть Шанс.
Письмо от Фреда попаданец разрезал ножом для бумаги из обсидиана, подаренным одни из индейских вождей. Собственно, для бумаги этот нож никогда и не предназначался, будучи культовым предметом из глубокой древности. В кабинете попаданца таких вещичек хватало, дружба с индейцами давала о себе знать.
Часть предметов, по договорённости с индейцами, изначально предназначалась для подарков. Нехитрая политика должна поспособствовать интересу к индейской культуре и судя по отзывам, работает успешно. По крайней мере, количество этнографических экспедиций на Индейских Территориях за последние годы выросло на порядок. Едва ли не каждый уважающий себя европейский институт считал себя должным послать хоть одну экспедицию на изучение американских аборигенов.
Фокадан подозревал, что этнографы пробудились не столько из-за необычных подарков медийным личностям, сколько из-за любопытства к дикарям, давшим отлуп англосаксам из САСШ и организовавшим собственную, пока ещё хрупкую государственность. Как бы то ни было, интересного барахла у одного из вождей ИРА предостаточно.
– Так, пометочки, – с деланным спокойствием пробормотал Алекс, – где там книга?
Достав с полки нужную книгу, сверился ещё раз с пометками в письме и вытащил наконец из сейфа шифровальную таблицу. Полчаса спустя перед озадаченным попаданцев лежал бессвязный текст.
– Двойная шифровка? Хм…
Вновь нехитрая, но кропотливая работа и вот лежит письмо, начинающееся со слов Нуэ́стра Сеньо́ра де Ато́ча.
– Неужели? – Голос Фокадана дрогнул, но письмо не оставляло сомнений – нашли!
Испанский золотой галеон, затонувший в далёком 1622 и найденный тогда аж в 1985, обнаружили при проведении минных работ ирландской общиной.
Кельты с охотой шли работать в порт, тем паче ИРА считало этот кусок одним из самых лакомых, всячески поощряя диаспору. Докеры, без которых не обойтись при погрузочных работах, судостроение и судоремонтные работы, контрабанда… куда ж без неё? С помощью ИРА, ирландские землячества в портах Конфедерации стали самыми могущественными, уверенно отстаивая свои интересы и время от времени помогая покровителям в необычных проектах.
Конкурс на минные работы при подходе к Флориде, кампания одного из лейтенантов ИРА выиграла без труда, предложив работу едва ли не в минус. Южане ничего не заподозрили, патриотов в Конфедерации хватало, а желание как-то насолить англичанам объясняло готовность работать едва ли не в убыток.
Было в патриотизме и двойное дно. Ещё оттуда попаданец помнил некоторые моменты, в том числе и клады. В самом-то деле, какой студент не захочет помечтать в стиле А вот я бы… особенно когда стипендия подходит к концу? Денежные сюжеты в такие моменты запоминаются особенно легко.
Записывать воспоминания, могущие стать полезными, попаданец начал ещё в Нью-Йорке, во время работы на сцене. А вдруг?! Обидно ведь будет упустить возможность разбогатеть резко.
Ныне в деньгах Алекс не нуждается, но один из проектов, отданных некогда Виллему, выстрелил наконец. Ранее-то не доходили руки, да и не появлялось возможности устроить поисковые работы без подозрений.
