— Не успею, — отмахнулась Элеонора, перехватив отвёртку, и, достав из чемодана вторую, с длинным и очень тонким наконечником, нырнула в лаз, скрывшись там по пояс. Она извернулась, подсвечивая себе встроенным в рукоять первой отвёртки фонариком, прищурилась, пересчитывая провода и выискивая нужный. Ухмыльнувшись, она сжала ручку второй отвёртки, поворачивая её против часовой оси. Наконечник соскользнул с рукоятки, словно ножны, открывая длинную, тонкую иглу. Элеонора вонзила её в нужный провод, аккуратно вводя её вдоль провода. Светодиод в рукоятке ложной отвёртки засветился синим. Удостоверившись, что игла не выпадет, она некоторое время изображала деятельность, шурша, бормоча и звеня отвёрткой. Светодиод поменял свой цвет на зелёный. Довольно хмыкнув, Элеонора закрепила наконечник и вылезла из лаза. Завинтив болты, удерживающие панель на месте, она потёрла замерзшие руки и выдохнула.
— Ну вот и всё.
Кивнув, охранник открыл дверь, выпуская её в помещение. Подхватив свиток, она проследовала к стойке ресепшена.
— Отошли контакты на трёх контурах, — жизнерадостно понесла бред Элеонора, нагло пользуясь тем фактом, что никто из присутствующих не разбирался в электронике, — рекомендую подать жалобу на того, кто проводил предыдущее техобслуживание. Следы халатности — налицо.
Она провела карточкой удостоверения по сканеру и тот пискнул, отмечая конец работы. Удовлетворённо кивнув, Элеонора перехватила чемоданчик и вежливо кивнула.
— Я тут закончила. Была рада знакомству, но работа не ждёт.
— Конечно, — рассеяно согласился с ней Виктор, печатая что-то на терминале. Двери офиса открылись, пропуская внутрь несколько клиентов, ожидавших снаружи. Элеонора вышла из офиса.
Мику исчезла в толпе, направляясь к служебному туалету, чей замок был заблокирован для всех, кроме её свитка.
Виктор потратил несколько минут на то, чтобы составить отчёт о проведённом ремонте, затем долгие десять минут объяснял клиентке тонкости использования межконтинентальной связи. Подняв голову, он нахмурился. Что-то было не так. Он помнил, что к нему в офис зашла девушка из техобслуживания. Помнил её имя.
Но не лицо. Как и цвет волос. Как и голос.
Впрочем, зачем это ему? Она была типичной сотрудницей техобслуживания. За свою карьеру он таких десятки повидал — неудивительно, что в конце концов глаз замылился.
По торговому центру, тем временем, шла охотница. Это было ясно и идиоту — достаточно было посмотреть на её одежду — облегающий горнолыжный комбинезон бело-синей цифровой расцветки, плотные брюки такого же цвета, а символ птицы с белоснежными перьями на спине выглядывал из-за рюкзака. Лицо девушки было частично скрыто тканевой маской, а на лбу были закреплены горнолыжные очки. Тяжёлые, горнолыжные ботинки клацали по полу. На её плече покачивалась доска сноуборда, белая, под цвет костюма.
С учётом того, что ближайший горнолыжный курорт располагался в десятке километров от Атласа, это определённо была охотница, а не любительница горных склонов.
Мику вышла из торгового комплекса, полной грудью вдыхая морозный воздух. Она взглянула на свиток — шестидесяти процентов ауры как не бывало. Впрочем, ничего нового — она проявление около получаса держала.
— Неплохо, шеф, — снова появился голос Рейча в канале.
— Неплохо? — возмутилась она.
— Ты так ничего и не подорвала.
— Ой, Рейч, заткнись, — включилась в диалог Кэтрин, — хорошая работа, Мику. Ждём тебя.
— В смысле «заткнись»? — возмутился он.
— В прямом.
— Детишки, не ссоримся, — Мику затушила начинающийся срач, бессмысленный и беспощадный, в самом зародыше, — скоро буду дома!
Фыркнув, Рейч отключился.
— И я ещё позволила этому засранцу притащить к нам в убежище два гриммова «Рыцаря», — недовольно проворчала Кэтрин, — паразит!
— Да ладно тебе, он же лапочка! — возразила Мику.
— Скажешь тоже. Ла-апочка, — Кэтрин вздохнула, протянув последнее слово, — давай уже быстрее.
— Уже гоню. Я и вкусняшек купила!
Мику опустила на глаза очки, поправив прикрывающую лицо маску. Было морозно и солнечно — лучи отражались от стекла небоскрёбов напротив, бросаясь в глаза сотнями солнечных бликов. Рядом гудела автомобильная дорога, ступени расчищенного тротуара вели вниз, к станции монорельса, возвышающегося над дорогой и низкими зданиями всевозможных лавок, кафе и жилых домов. Тёмные шары камер располагались на каждом углу, прикрытые от снега установленными сверху козырьками, у входа в торговый центр стояли неподвижными статуями два новых андроида.
