— Серёжа, не волнуйтесь, полёт проходит штатно и мы не упадём. Просто нас увлекают вперёд не реактивные двигатели, а куда более мощная сила. Чтобы вам это было понятно, мои сыновья сейчас подадут вам кресло-каталку и вы сможете посетить кабину пилота. Только не обращайте внимания на его внешний вид, Анри хочет во всём походить на нашего повелителя, Стоса.
Девушка погладила его бархатистой ладошкой по щеке и отступила назад, позволяя двум верзилам вытащить Серёгу из кресла и пересадить в инвалидную коляску. Глядя на этих парней, он никак не мог поверить в то, что эта рослая красотка, которой на вид было не больше восемнадцати, максимум двадцати лет, являлась их матерью. Один из верзил негромко проворчал:
— Полковник, Неине не обманывает вас. Она действительно наша мама, вот только немного перестаралась и теперь выглядит нашей младшей сестрой.
Этот же парень и покатил коляску Сереги в пилотскую кабину, где его глазам предстала еще более странная картина. Парень, которому на вид было не больше семнадцати лет, одетый в рваные джинсы и чёрную майку на которой также была изображена какая-то рок группа, он даже прочитал её название — "Звёздный дым", вместо того, чтобы сидеть в кресле пилота, стоял на голове в проходе между двух кресел. Как только он увидел гостя, то немедленно встал на ноги и, быстро повернувшись к Серёге лицом, затараторил:
— Сэр, извините, у меня спина затекла. Я уже двенадцать часов сижу за штурвалом этого тихоходного корыта, но вы не волнуйтесь, мой Танане отличный пилот. — Поняв, что сболтнул лишнего, Анри принялся объяснять — Так я зову автопилот этого самолёта, господин полковник. Если хотите, то можете занять это кресло, но хотя вы и летчик, господин полковник, управлять им я вам не доверю, сколько бы вы меня об этом не просили.
У Серёги и в мыслях не было, чтобы сесть в пилотское кресло "Боинга" и взять в руки штурвал. Поэтому он просто позволил Анри и сыну юной красавицы Неине усадить себя в кресло второго пилота. В отличие от тех самолетов, на которых летал Сергей Васильев, пилотская кабина "Боинга" показалась ему просто огромной. Всё остальное, включая экраны компьютеров вместо множества приборов, его не удивляло. Зато то, как проходил полёт в густой облачности грозового фронта среди молний, поражало его чуть ли не до изумления. Никакой болтанки, никаких толчков и кренов. Одно только стремительное движение вперед.
Для Сергея любой полёт в салоне самолета превращался в тоскливое ожидание того момента, когда шасси коснётся бетонки. Другое дело сидеть в кресле пилота, пусть и не положив руки на штурвал. Поэтому он даже удивился, что когда они миновали грозовой фронт, впереди показались горы, а справа виднелся Каспий. Через полчаса под ними уже был Иран. Недоверчивые ко всему американскому, иранские военные подняли в воздух два "Миража" и те некоторое время летели параллельным курсом чуть ниже "Боинга", но слегка впереди, а не позади, словно показывая ему направление движения. Анри даже не пожелал связаться с иранскими авиадиспетчерами, что также заставило Сергея поёжиться, но тот успокоил его, сказав немедленно:
— Сэр, не беспокойтесь, всё в порядке. На связь с иранцами вышел Танане. В отличие от меня него гораздо больше терпения, да, и по-английски он говорит лучше. — Улыбнувшись, Анри добавил — Танане очень хороший компьютер, сэр.
Вскоре стюардесса подала им обед. Поначалу Сергей хотел отказаться, ему было очень трудно есть, но блюда пахли так вкусно, что он взял с сервировочного столика поднос. Как это ни странно, но боли он по прежнему не чувствовал и потому смог поесть без малейшего беспокойства, жалея только о том, что боль вскоре снова вернется. Когда же он пил прохладный апельсиновый сок, Анри, не глядя в его сторону, сказал:
— Сэр, потерпите ещё немного, скоро всё изменится.
Серёге очень хотелось знать, что изменится и в какую именно сторону, но спросить этого парня он ни о чём не мог, а писать вопросы на бумажках счёл излишним. Вместо этого он просто стал пристально вглядываться вдаль. Вскоре они прошли ещё через один мощный облачный фронт, но это уже была не гроза, а просто высокие кучевые облака, между которыми внизу изредка виднелся Индийский океан. Уже ближе к вечеру они пересекли его и к ночи летели над Тихим океаном.
Наконец самолёт пошел на снижение, но и после этого Анри не соизволил взять в руки штурвал. Во время полёта этот парень немного рассказал Серёге о себе и о своём острове Тумареа, который до появления на нём их повелителя Стоса по его словам был даже страшнее, чем задница самого старого чёрта. Вскоре впереди показались огни острова Тумареа и взлётно-посадочная полоса, выходящая с берега в море, которая показалась Сереге до безобразия короткой. Анри и теперь не взял в руки штурвал и умный автопилот сам посадил "Боинг", да, к тому же так плавно и аккуратно, что полковник Васильев тому только подивился. На этот раз ему не повезло и он покинул борт самолета чуть ли не в числе последних.
