— ...но оставь сестру Уилла...
«Боже, — подумал я. — Нет!»
— ...в покое!
Я шагнул к моему лучшему другу.
Но было слишком поздно.
Зверь уже набросился на него.
Мия закричала. Девочки тоже.
Курт бросился бежать.
Паджетт подпрыгивал, ухмыляясь.
— Боже правый! Я же говорил, они настоящие!
Он повернулся к Крису и монстру, катавшимся в сорняках. Я понимал, что он отвлекся только на миг, а в глубине души знал еще кое-что.
Я мог спасти только одного из них.
Криса или Пич.
Лучшего друга или сестру.
«Нет, — сказал я себе в этот миг. — Крис не твой лучший друг, он тебе как брат. Ты не можешь оставить его умирать!»
Я посмотрел на Пич: она глядела на меня глазами, полными ужаса и надежды. Я всегда защищал ее, и теперь она ждала, что я спасу ее от чудовища.
Но Криса пригвоздил к земле куда более страшный монстр. Он был огромным, редкие черные пряди мотались из стороны в сторону, пока он терзал Криса. Мой друг боролся храбро, но долго это продолжаться не могло. В любой момент...
Я замер, мгновение все тянулось. Я всхлипнул, меня раздирало от боли. Я должен был спасти одного из них
Я взглянул в светящиеся зеленые глаза Паджетта, в карие, полные надежды глаза сестры.
Слезы потекли у меня по щекам, но я принял решение.
Я метнулся за «Студебекер», чтобы Паджетт не увидел меня боковым зрением, и рванулся к нему. Он зачарованно наблюдал за монстром — его жуткие глаза горели от восторга. На это я и рассчитывал. Если Паджетт заметит меня раньше, чем я до него доберусь, он меня пристрелит и Пич тоже будет мертва.
Десять футов. Пять.
Я поднял мачете.
Паджетт развернулся в последний миг, начал поднимать пистолет.
Я всадил мачете ему в лоб.
Вытянув руки вперед, он рухнул на землю. Пистолет упал в грязь.
Пич метнулась ко мне.
Мия закричала:
Я развернулся, уже зная, что увижу.
Мия бежала к Крису и твари в тщетной попытке ей помешать. Она опоздала.
Монстр уже жрал моего лучшего друга.
Сердце замерло у меня в груди, я оцепенел. Мне хотелось, чтобы Крис был жив, но я видел кошмарную рану на его торсе и монстра, отдиравшего и глотавшего кровавые ошметки. В этот миг в моей голове пронеслись сотни воспоминаний. Мы с Крисом сидим на ковриках, а воспитательница в детском саду шикает на нас, читая «Зеленые яйца и ветчину». Я наступаю на гвоздь в лесу за домом Криса, и он шутит, чтобы меня развлечь, пока я жду укола от столбняка в приемной больницы. Мы играем в видеоигры, делимся секретами. Ссоримся из-за игры один на один, и я пинком отправляю его баскетбольный мяч на дорогу. Ночуем друг у друга. Рассматриваем голых женщин в Интернете.
Крис был лучшим другом на свете.
Братом.
А эта тварь убила его.
— Побудь с Ребеккой, — пробормотал я Пич.
Ребекка прижала к себе обеих девочек и хрипло сказала им:
— Закройте глаза.
Я наклонился и подобрал пистолет Паджетта. У меня почти не осталось надежды на то, что он поможет, но, словно в кошмаре, Мия бежала к чудовищу, и я не мог ее остановить.
— Отцепись от него! — крикнула она твари и пнула ее по лицу. Оскалившись, монстр схватил ее за руку и потащил вниз. «Пожалуйста, господи, нет! — подумал я. — Я не могу потерять их обоих!»
— Эй! — закричал я и бросился к ним.
Монстр посмотрел на меня. Я увидел узнавание в его огромных зеленых глазах. А еще — голод.
Я направил пистолет монстру в лицо. Он совершенно не испугался.
«Пожалуйста, стреляй, — молил я. — Пожалуйста, пусть патроны еще останутся».
Не обращая на меня внимания, монстр подтащил Мию ближе. Открыл пасть, чтобы укусить.
Но я не выстрелил. Хотел попасть наверняка.
Мия молотила по твари кулаками, боролась с яростью, восхитившей меня.
В десяти футах я замер. Прицелился.
Челюсти твари разжались, чтобы содрать с кричавшей Мии лицо.
Я выстрелил, ожидая услышать печальный щелчок.
Вместо этого пистолет громыхнул, и затылок монстра взорвался.
Я видел, как эти твари поднимались после пули, так что прицелился и выстрелил снова, снеся ему пол-лица. Еще раз нажал на курок, но грохота не было. Патроны кончились.
Я уронил пистолет и уставился на содрогавшееся тело чудовища.
Потом перевел взгляд на Криса. Губы задрожали, в горле зародился пронзительный стон.
— Уилл? — раздался голос.
Я упал на колени. Дождь хлестал по лицу, капал с подбородка, но горячие соленые слезы прожигали дорожки сквозь него.
— Уилл? — повторил голос. Наконец я узнал его.
Мия. Я не мог посмотреть на нее, не мог отвести глаз от Криса.
Мой лучший друг.
— Мне так жаль, — сказала она, подходя ко мне.
Я не мог говорить, не мог думать, не мог оторваться от изуродованного тела Криса, от его окровавленного лица, ото рта, который больше не улыбнется, от глаз, навсегда ослепших.
«Крис мертв, — подумал я. — Мой лучший друг, мой брат. Мертв».
Маленькие ручки обняли меня за шею.
Я поднял глаза и увидел Пич.
— Мне очень жаль, Уилл, — сказала она, тоже плача, и поцеловала меня в висок. Ее губы были теплыми и дрожали.
— Спасибо, что спас меня, — прошептала она.
