Внизу рычали остальные твари. Не сомневаюсь, им не терпелось тоже добраться до Курта.
Другой монстр с невероятной быстротой вскарабкался вверх по трупу. Я хотел закрыть люк, но опоздал. В одну секунду я смотрел на растерзанную шею Курта, а в следующую — отлетел от люка. Монстр ворвался в домик, поднял меня, впечатал в хлипкую фанерную стену. Мои ноги болтались в воздухе. Монстр открыл пасть, собираясь вырвать мне горло, когда его голова дернулась от удара сзади. Рыча, он развернулся, выпустив меня из рук. Упав на пол, я увидел Мию: с ее кулака, словно кнут, свисал тонкий кожаный ремень. Прежде чем монстр прыгнул на нее, Мия ударила снова. Серебряная пряжка врезалась ему в лицо, видимо ослепив его. Он покачнулся и, взвыв от ярости, прижал пальцы к окровавленным глазам.
Я слышал, как по дереву лезут новые твари. Взглянул вниз и увидел, что они облепили труп Курта. Монстр, державший Курта, рычал от бешенства, но не мог удержать их всех. Его пальцы разжались, и твари рухнули вниз извивающимся клубком. Это походило на лавину, только вместо камней и снега были белые конечности и жуткие лица.
И конечно, Курт Фишер.
Я глядел на ком тварей, и внезапно меня осенило.
Пытаясь не обращать внимания на треск костей и рычание чудовищ, я подтащил к краю люка ведро с керосином. Нужно было спешить, они ведь не застынут на одном месте надолго.
А еще оставался монстр в
При мысли о Крисе к горлу подступили рыдания, но я проглотил их и сконцентрировался на ведре. Поддел крышку лезвием топора: мы столько раз открывали ведро, что металлические язычки, удерживавшие ее на месте, подались без проблем.
Мия упала на колени рядом со мной.
— Топор, — выдохнула она.
Я протянул его не раздумывая. Вовремя. Монстр оправился от удара и двинулся к нам.
Мия взмахнула топором, целясь ему в ногу. В последний момент он отступил в сторону, и лезвие вошло в пол. Монстр наклонился к Мие, схватил ее за челюсть, ухмыльнулся. Я хотел вмешаться, но не успел. Монстр завизжал, запрокинув от боли голову. Взглянув вниз, я увидел выбивалку ковров — изогнутое серебристое лезвие и толстая деревянная рукоять окрасились черной кровью.
Монстр отшатнулся, но ноги его подвели, и он упал набок, раззявив рот в жутком вопле.
Пич перерезала его ахиллово сухожилие.
Не останавливаясь, чтобы полюбоваться результатом, она рванулась к нему и вновь взмахнула выбивалкой. Монстр вскинул руку, и три его пальца отлетели, кровь брызнула на мою сестру. Он зарычал на нее, и я понял, что она умрет, если не уберется подальше. Но она словно взбесилась, пытаясь нас защитить, и я понял, что люблю ее еще сильнее, хотя это казалось невозможным.
Я схватил ее за талию и дернул к себе. Я не знал, как прикончить монстра, но, как бы глупо это ни звучало, меня волновало другое. Он был жив, но серьезно ранен и выл от боли.
Я вернулся к ведру и наклонил его. В домике завоняло керосином. Я стал плескать его вниз, сперва недалеко, потом все более размашисто. Керосин хлестал из люка в полу прямо на скопище тварей, обступивших Курта. Расплескался по их спинам, обдав кислой вонью.
Пара тварей насторожилась, но остальные продолжали терзать, грызть и жевать. Белых, по-змеиному тощих тел было так много, что я не видел труп под ними. Но случайного промелька было более чем достаточно.
Курт превратился в алое месиво.
Стараясь не сблевать, я поливал их все сильнее, плеща из ведра все дальше и дальше. Решив, что намочил всех Детей, я перевернул его вверх дном. Последние капли упали на монстров прямо подо мной.
Они вернулись к еде с удивившей меня быстротой. Я думал, учуяв керосин, твари разбегутся или набросятся на меня, но они явно не понимали, в какой опасности оказались. Или, решил я, их собственный гнилостный запах был так силен, что они ничего не почувствовали.
Но, скорее всего, они могли думать только о трупе Курта.
— Что теперь, Уилл? — спросила Мия.
Я задавался этим же вопросом. Правда в том, что я понятия не имел, что дальше. Мия пинала поверженного монстра в голову, то и дело оглядываясь на меня с ужасом в глазах.
Нахмурившись, я попытался отыскать зажигалку. На одно ужасное мгновение я решил, что уронил ее. Потом подошла Джулиет и протянула мне ладонь.
— Ее ищешь?
Облегченно вздохнув, я взял зажигалку и огляделся, думая, что бы поджечь.
Была веревка, но пришлось бы ее развязать, облить керосином и бросить вниз. Слишком долго. Я понял, что совершил ужасную, возможно, роковую ошибку. Не оставил керосина, чтобы поджечь веревку до того, как Дети покончат с Куртом. Мне нечем было разжечь огонь.
— Это подойдет? — спросила Джулиет.
Она держала керосиновую лампу.
— Боже, — выдохнул я и рванулся к ней. Как можно было упустить нечто столь очевидное? Я схватил лампу и шагнул к люку, когда что-то врезалось в меня сзади. Лампа вылетела у меня из рук, стеклянный колпачок, покрывавший фитиль, разлетелся на куски.
