Должно быть, черные корабли уже встали на рейд недалеко от того места, где он видел их в последний раз. Посланцы его величества легко доберутся до пристани в маленьких лодках, а там их встретят люди Вейри Краффтера… или лорд пошлет племянника. Сам он будет ждать в своем кабинете, нервно перебирая бумаги и думая, удастся ли провести императорских гонцов и скрыть от них слабые стороны Эверры.
«Мне нет до этого дела».
Эсме, наверное, взволнованно глядит на незваных гостей и вспоминает о том, что случилось в Кааме – о ночной битве и о Лайре Арлини, едва не погубившем ее. Стоило Умберто подумать о целительнице, как «Невеста ветра» на мгновение очнулась и одарила его видением: Эсме, бледная и испуганная, смотрит в окно и безотчетно поглаживает своего ручного зверя.
Ожидание мучительно, а уж если это ожидание неизбежной смерти…
– Ты дурак, – раздался прямо над его ухом знакомый голос. Крылан был в благодушном настроении, что показалось Умберто настоящим кощунством. – Только утром мне мораль читал, а теперь вот сам чуть не нарвался. Зачем?
– А зачем вы с Бэром полезли в карты играть на палубе? – спросил Умберто.
– Да уж, вопросец! – хохотнул Джа-Джинни. – Ты удивишься, но я совершенно точно знаю, что послужило причиной и моей выходки, и твоей, и еще многих других…
Умберто резко сел, и они с крыланом уставились друг другу в глаза.
– Мы растерялись, – сказал человек-птица тихим серьезным голосом. – Стоило капитану закрыть от нас свой разум, как всем стало не хватать уверенности в победе и в том, что завтра обязательно наступит. Как если бы он вовсе исчез, оставил «Невесту». Понимаешь?
– Нет, – признался моряк. – Он же не может бросить фрегат…
– В том-то и суть! Связь между капитаном и кораблем не исчезает по их воле, поэтому Кристобаль нам солгал. Помнишь, он сказал, что может по неосторожности оборвать собственную нить, и тогда «Невеста» переродится в кархадона? Все вранье. Какой бы тонкой ни стала связующая нить, ее способен оборвать только кто-то посторонний, но не сам навигатор или его фрегат. Опасность совсем в другом – в том, что без ощущения капитанского присутствия за спиной все мы чувствуем себя одинокими и потерянными… как дети, впервые оставшиеся без присмотра родителей.
– Без присмотра… – повторил Умберто. – Мы растерялись…
Поверить в это было нелегко, но Умберто вспомнил странное чувство, охватившее его сразу после появления на «Невесте ветра» второго капитана. И не далее чем утром он сам сказал Эсме, что команда превращается в банду наемников…
– Пресветлая Эльга, храни нас! Получается… без Крейна мы ничего не стоим?!
– А тебя это пугает? – удивился крылан. – С ним мы команда. Без него – каждый сам по себе, и уж не мне решать, кто из нас чего стоит. Эй, не переживай так из-за вашей ссоры! Он все поймет, вот увидишь.
Умберто и не сомневался, что капитан все поймет, однако рассказывать об этом Джа-Джинни не собирался. Но если крылан прав… значит, чувства к Эсме – его собственные, а не отражение безнадежной любви Кристобаля Крейна.
Он полюбил, потому что сам этого хотел.
Если в любви вообще можно что-то решать самому.
– Ну вот, – сказал крылан. – То лежишь, как бревно с глазами, то улыбаешься, как идиот. Не понимаю я вас, людей.
– Молчал бы, птичка! – воскликнул Умберто, смеясь.
Хлопнув Джа-Джинни по плечу, он заторопился на палубу и не услышал, как крылан пробормотал себе под нос: «Кто знает, может быть, Кристобаль этого и добивался – хотел посмотреть, как мы поведем себя, оставшись без опеки…»
~~~
Эсме появилась на причале, когда суматошные приготовления к новому спектаклю уже подходили к концу и перевоплощение «Невесты ветра» почти закончилось. Целительница не стала подниматься на борт, а остановилась поодаль, наблюдая за происходящим на палубе и почесывая Сокровище за ухом.
Через некоторое время Крейн спустился к девушке сам.
– Мы не можем взять тебя с собой, – сказал он без обиняков. – Марко Эсте ни за что не стал бы подвергать свою родственницу опасности… ты это понимаешь, я вижу. Зачем ты пришла? Что-то хочешь мне сказать?
– Спасибо, что ты вчера развлек Марлин, – проговорила Эсме, не глядя на капитана. – Я привела ее, чтобы хоть как-то помочь бедной девочке пережить потерю.
– Я слышал о молодом целителе, который умер от старости, решив сотворить чудо, – магус кивнул. – А бедная девочка, если мне не изменяет память, твоя ровесница.
– Но проживет намного дольше меня. – На бледном лице Эсме появилась горькая улыбка. – Разве возраст измеряется только годами?
– Права, как всегда. – Крейн протянул руку, погладил Сокровище по загривку и повторил вопрос: – Зачем ты пришла?
Эсме долго молчала, прежде чем прошептать чуть слышно:
– Не знаю…
И на некоторое время оба позабыли о масках, об окружающем мире – обо всем. Легко читая мысли друг друга без взглядов и прикосновений, они в молчании застыли на грани между правдой и ложью. «Не бойся! – мог бы сказать Кристобаль Крейн. – С нами все будет хорошо, мы вернемся и заберем тебя». «Я и не боюсь, – могла бы ответить Эсме. – Я знаю, что вы вернетесь».
Но они не произнесли ни слова.
