Вторая и третья попытка закончились не менее плачевно. Уже не столько напуганный, сколько рассерженный, он швырнул в соседний дом несуществующую ударную волну. Замер.
Если бы стреляли в него, он был бы уже мёртв. Вот тебе и хвалёная магия, что всегда при тебе…
Те штуки. Как там их назвали — блокеры?.. блокираторы? Хитрые механизмы, подавляющие реннику, о которых передавали звукачи, из-за которых погибли те форсы, включая Антиса. Вот как они работают.
Изнутри поднималась новая волна паники. Опомнившись, он завертел головой. Выстрелы слышались совсем рядом — кажется, из-за соседнего двухэтажного дома…
Он уже было метнулся прочь, лихорадочно соображая, где бы спрятаться, как из-за угла выпрыгнула тёмная фигура, и сквозь вату в ушах раздался выкрик «Стоять!» на авийском.
Марк снова застыл на месте, не сводя взгляда с незнакомого молодого альба. Тот был не менее напуган, чем он сам, а металлический предмет в руках ощутимо дрожал. Разглядев, что именно держал альб, Марк нервно хихикнул. Надо же, рен с огнестрелом.
— Атр? — напряжённо спросил альб, не опуская оружие. Марк скорее читал его слова по губам, чем слышал. — Семья?
— Шестая, — отозвался Марк, осторожно поворачиваясь боком, чтобы было видно нашивку на плече.
— Почему один? Где твои? — резко спросил форс, но не стал дожидаться ответа. — Сюда, в дверь, живо. Закройся изнутри и сиди тихо, пока не разберёмся с мятежниками.
Марк кивнул и послушно юркнул в приоткрытый подъезд. Запереться не смог — ключа в скважине не было, как и задвижки на двери. Схватился за ручку и потянул на себя, гадая, достаточно ли будет этого. Сверху с лестничного пролёта свесилась чья-то голова, ахнула по-старушечьи и исчезла. А Марк мрачно подумал, что сейчас и человеческой старушке не составит большого труда одолеть его, обессиленного и лишённого магии.
Полумрак просторного вестибюля звенел тишиной. Вытертый подошвами мозаичный пол уходил широкой лестницей на пол-этажа вверх, к разномастным дверям квартир. Сколько из их обитателей сейчас замерли у дверных глазков с каким-нибудь кустарным оружием наготове, наблюдая за перепуганным колдуном? Слегка успокоившись и взвесив перспективы, Марк прикрыл глаза и позволил себе расслабиться. Ортей говорил, что ноттика не связана с магией. А значит, должно получиться…
В квартирах действительно обнаружились напряжённые жители, сбившиеся кучками, но Марка они не интересовали — он мысленно пополз прочь, уцепившись за знакомую нить наставницы. Голова снова вспыхнула болью. Не обращая внимания, он упорно продолжал двигаться дальше и дальше, сквозь скопления людей — всевышний, как же их много в этих муравейниках — к уже ощущаемому вдали огоньку. Даже если сил не хватит найти его, хотя бы будет знать направление.
Нашёл — уже тогда, когда готов был сдаться, и тут же обругал себя последними словами. Все были в сборе. Все, кроме него. Никому больше не пришло в дурную голову улепётывать невесть куда после приказа куратора.
Он открыл глаза и тут же повалился на пол, отпустив ручку. Пульсирующая боль в затылке стала невыносимой. Отдышавшись, понял, что лучше было искать эмоционал Ортея — могло получиться мысленно связаться с ним и попросить помощи… Но сил на такие подвиги уже не осталось.
Пришлось просто идти. Подниматься с холодного пола, взгромождать своё тело на дрожащие ноги, выбираться, шатаясь и спотыкаясь, из убежища, переставлять ступни шаг за шагом, жаться к стенам домов.
В одном из переулков звучал бой. Марк осторожно высунулся из-за угла, понаблюдал, как пятеро человеческих стрелков, растянувшись цепочкой, медленно двигаются вдоль улицы, изредка постреливая. Видел, как один из них упал. Оставшиеся четверо попробовали было отстреляться, но в итоге поспешно отступили. Между домами мелькнуло несколько чёрных силуэтов. Но если магия не работает — это что же, форсы в самом деле стреляют в противников из человеческого оружия?
Постояв ещё немного в обнимку со стеной и послушав удаляющиеся отзвуки выстрелов, Марк вынырнул из размышлений и побрёл дальше. Брёл почти наощупь — в глазах нещадно темнело. Споткнулся обо что-то мягкое, едва удержал равновесие. Присел на корточки, чтобы поближе разглядеть тело того самого упавшего из пятёрки человеческих стрелков. Его рубаха, тускло-жёлтая с грязноватым зелёным отливом, была украшена широким тёмным пятном с маленькой дырочкой посередине. Светло-голубые глаза удивлённо глядели с юного лица в небо между крышами домов. Паренёк-то был не намного старше его самого, отрешённо подумал Марк.
А руки уже сами тянулись к левой конечности солдата, сжимавшей огнестрел, разгибали ещё тёплые пальцы. Оружие оказалось тяжёлым и каким-то неестественно холодным. Марк задумчиво оглядел механизм. В Школе их натаскивали стрелять из таких. Юные рены каждый раз поднимали учителя на смех. Зачем магам уметь пользоваться человеческим оружием, удивлялись они. Ведь рены сами по себе — ходячее оружие!
Прости, учитель. Спасибо тебе.