— Ну… — наконец, сказала она. — Я тоже мало что помню. Мы оказались в какой-то деревне среди незнакомых мужчин и женщин, в основном, пожилых. Сейчас я понимаю, что это было как раз тут, на этом хуторе. А те люди были самосёлами, которые не пожелали уходить или вернулись после самой первой аварии, когда всех людей отсюда эвакуировали. Некоторое время мы жили тут. Самосёлы один за другим… умирали, наверно из-за действия на них выбросов. Потом остались только мы с мамой. Людей долго не было, но однажды они всё же пришли. Как мне потом объяснил тату… ну, мой нынешний тату, приёмный… скорее всего, это была одна из первых экспедиций, исследовавших Зону. Мама назвалась местной жительницей, не успевшей эвакуироваться, и попросила людей вывести нас к границам Зоны и помочь покинуть её. Помню, мы долго куда-то шли… А потом вся экспедиция погибла недалеко от Свалки. А мы с мамой снова остались живы. Но уже не могли никуда уйти — так как в Зоне появились первые аномалии. Так мы и остались жить на Свалке.
Ксана помолчала и грустно закончила:
— А потом мама пропала. Ушла искать еду — и не вернулась. Я долго искала её… Нашла Острозуба, и он взял меня к себе в стаю.
— Кто это — Острозуб?
— Снорк. Я как-то, ещё когда мама была жива, нашла его в леске. Он был весь израненный, в чём душа держалась. Я сперва-то думала, это человек, только потом поняла, что нет. Его сородичи порвали, когда он за место вожака бился. Ну, я его вылечила… травками. Я умею. А потом он, когда всё же стал вожаком, не дал другим сноркам меня съесть и принял в стаю. А чуть позже меня нашёл тату и удочерил. Вот. Но я всё равно не перестала дружить с детьми Зоны. Потому что я сама — одна из них.
— Ты действительно — одна из нас, — помолчав, кивнула изломша. — Вот сейчас я это очень хорошо чувствую. В тебе нет страха перед Зоной и её Детьми.
Детёныш безмолвно обняла её и положила ей голову на плечо.
— Маргоша… — тихо попросила она. — Ты ведь… не оставишь меня? Не уйдёшь?..
Спазм сжал горло мутантки, рождая какое-то смутное, полузабытое ощущение из той, прошлой и уже кажущейся ей миражом, жизни.
— Нет, — ответила она, в свою очередь осторожно обнимая за плечи годящуюся ей в дочери хозяйку хутора. — Не уйду.
…Спустя несколько дней после появления на хуторе Марго Дамка ощенилась шестёркой очаровательных щенят.
Ксана с восторгом тискала крошечных скулящих кутят и предвкушала, как будет с ними играть, когда они подрастут. Их зубастая мамаша отнеслась к тому, что её детей трогают руками, довольно снисходительно, хотя и рыкнула пару раз на не в меру заигравшегося Детёныша.
Время шло, жизнь на хуторе (в шутку прозванном его обитательницами Монстрохатками) размеренно текла своей чередой, щенки росли и набирались сил.
Марго смотрела с крыльца своего дома на то, как хохочущая Ксана носится по единственной улочке, волоча за собой на верёвке старый валенок, за которым, переваливаясь на неуклюжих лапках и задорно тявкая, семенили шестеро щенков, и на душе изломши был мир и покой.
В кои-то веки!
14 января 2015 г., база группировки «Долг» на «Ростке»
Перебравшись в 2012-м с Агропрома на Росток, группировка «Долг» оборудовала новую базу с присущей ей основательностью и усердием. Ограда завода, которую в пору его деятельности охраняли от несунов и вредителей бдительные стрелки ВОХР, стала местами ещё выше, а мотки колючей проволоки поверх неё — ещё гуще. Долговцы также укрепили КПП — так, что теперь ворота можно было разве что танком таранить, — по всему периметру понаставили сторожевых вышек с пулемётами и прожекторами, а на подходах соорудили целую сеть заградительных укреплений с «ежами» и траншеями.
База выглядела солидно и устрашающе не только для людей, но и для местных порождений. Во всяком случае, за всё время с момента переселения Долга на завод не было отмечено ни одного серьёзного нападения монстров на Росток.
Даже во время того, что в Зоне называлось гон, а на Периметре — прорыв.
Понятно, что в таких условиях бар «100 рентген», находящийся под крылом «красно-чёрных» процветал и был, пожалуй, самым спокойным и безопасным местом во всей Зоне. Сталкеры разных мастей и группировок стремились получить туда доступ, чтобы при случае было, где переждать выброс, отсидеться после тяжёлых рейдов и просто отдохнуть в хорошей компании за бутылочкой прозрачного. Конфликты и ссоры гасились в зародыше суровыми хозяевами, а злостные нарушители порядка безжалостно выставлялись за ворота и навсегда лишались права посещения.
…Когда на дороге, ведущей к северным воротам базы, показались две фигуры, дежурный на КПП, извещённый с ближайшей вышки, сперва не слишком обеспокоился. Ну идут себе какие-то бродяги-сталкеры в бар, и пусть себе идут. Сейчас он как обычно проверит, кто такие, и если у них всё в порядке с допуском — впустит внутрь.
Но потом что-то в этих фигурах показалось долговцу странным. Он пригляделся.
