Страшно, какую власть имеют эти ласковые речи! Йарг похож был на сурового отца, которого маленькая дочурка просит подарить ей куклу – и он обезоружен, и добудет ей ее даже если придется применить самые бесчестные приемы.
– Я остаюсь.
Она хотела сказать что-то ещё, но, взглянув на брата, не решилась.
Прошло почти полмесяца с тех пор, как они покинули Ивит, – крошечный уединенный остров на Юго-Востоке – и хотя прежде Йарг мог неделями пропадать в лесах, выслеживая зверя или духа, вынужденное путешествие давалось ему тяжело.
В племени их статус слишком разнился, чтобы иметь возможность беседовать : Хэльнар помогала нянчить детей, собирала из ракушек бусы и готовила мясо, добытое охотниками, вроде того же Йарга, своим проворством снискавшего славы добытчика, он же заседал с отцом на собраниях . Словом, ее блистательный брат, сын вождя, сильный маг и прославленный воин, совсем сник, потемнел лицом, стал неразговорчивым и раздражительным, и совсем не желал глядеть на Ареру.
Стоило карете миновать городские ворота, воин понял, что никогда он не полюбит эту страну и не захочет добровольно в ней остаться. Каменные стены сомкнулись за широкой спиной, Арера отобрала не только семью и положение, превратив его в лишённого всякого влияния безродного дикаря, но и клинок, которым он добыл себе славу и уважение.
Шумная столица пестрила контрастами, за жалкой лачугой возвышался каменный дом, за свалкой поднимал золотые головы храм чужой богини, из стен лезли башни, на них росли другие и все это походило на огромного серого монстра из грязи и фальшивого блеска. В начале поездки он не обращал внимания, на лакейские замашки окружающих, но теперь каждый норовил, искривив лицо в приторнейшем выражении, сказать что-нибудь учтивое.
Хэльнар же окунулась в новую жизнь с головой. Она ни разу не взглянула на уродство и убожество, ведь ей открылся прекрасный новый мир. Платья, шпильки, серьги, духи, шуты и шарманщики, забавляли ее юное сердце. А уж как она радовалась новому дому! Это уже был не шатер, а целый замок! В самом центре! Ведь статус Хранителя позволяет жить близко ко дворцу. Первую неделю они с братом только и делали, что бегали по бесконечным комнатам, спорили, кому достанется большая спальня, хотя их тут имелось с дюжину, лазали на чердак и в погреб, приставали к прислуге, не понимавший из быстрого говора ни слова, и всячески развлекали себя, чтобы не думать об оставленной родине.
Получалось не слишком хорошо.
– Ты не даёшь Арере шанса, дорогой брат. – с сожалением сказала Хэльнар, прикрывая за собой дверь, и Хранитель остался один.
***
Спустя неделю ей все-таки удалось вытащить Йарга на прогулку. В конце концов, это естественное желание – делиться тем, что тебя впечатлило, так что, схватив брата за руку, Хэльнар повела его в самое сердце столицы.
Не нужно много времени, чтобы заметить: в Арере поклоняются золоту. Однако в приличном обществе о таком не говорят, и потому культурный центр столицы организовывала собой так называемая Соборная Площадь. Гостеприимный город приютил и роскошные купола асфадских храмов Милостивой Наи, и угрюмые святилища Бротагима – бога огня, здесь нашлось место и полуварварским верованиям жителей Элена и Нирна, и даже изящный и жестокий эльфийский бог Керу обрёл свой очередной дом в Арере. Все же, большую часть населения составляли люди, потому особенным спросом пользовались несколько грузные, за то очень внушительные базилики все той же Пресвятой Наи, их, чаще прочих, посещали знатные особы и члены августейшей семьи, не гнушаясь тем, чтобы выставить свою мнимую набожность на показ.
Впрочем, Хэльнар восхищала искусная резьба, все эти выверенные линии заставляли ее чувствовать, что человек перешагнул предел, начертанный ему природой, он превзошел твердость камня, разбив его на ровные блоки, он обманул всех богов, пленил их, украв великую силу, вознёсся выше бессмертных, чтобы увековечить имя свое. Когда ее маленькая загорелая рука ложилась на контрастно белую поверхность колонны, Хэльнар чувствовала тайную власть над всем сущим.
Жаль, Йарг совсем не понял, когда она пыталась объяснить ему это.
Девушка долго восторженно расписалась о мастерстве архитекторов и таланте художников, ей безумно хотелось, чтобы именно он, Йаргмар, вдруг улыбнулся и признал, что мир не замкнулся в крохотном племени и существует невообразимое количество вещей, которые стоит узнать. Целый день Хельнар таскала его от одной достопримечательности к другой, живо пересказывая услышанное от Мэрион и Лакрес, но на каждое ее слово брат находил свое.
– Ты только посмотри на что способен человек, имеющий упорство и божью искру! – шептала она глядя на статую богини.
Эта исполинская фигура и впрямь заставляла любого чувствовать себя маленьким рядом с ней, под суровым взглядом неподвижных каменных глаз и холодным молчанием ее одеяния. Хэльнар глядела на нее как завороженная, но Йарг презрительно фыркнул.
– Зачем бестелесным золото и мрамор? Неужто арерчане ждут, что каменная богиня от их скучных песнопений махнет крылом и одарит благословением?
