– Это мальчик, – продолжала Джоанна, и в голосе ее послышались слезы, – тринадцатилетний мальчик, который стал свидетелем того, как это чудовище заживо сжигает его приемную мать. Она была его подельницей, но мальчика это мало волновало. Я была там, Нэнси, я видела все, что произошло. Крики этой злосчастной женщины до сих пор отдаются у меня в ушах, и я ни на секунду не осудила ребенка за то, что он сделал, но закон, сама знаешь…
– Dura lex, sed lex, – пробормотала Нэнси, – закон суров, но это закон. Убийца должен быть наказан, даже если он убил не человека, а демона.
– Теперь ты понимаешь? – всхлипнула Джоанна, – о нем совсем некому позаботиться, он сирота! Нэнси, мы должны ему помочь, он всего лишь стал невольным орудием высшей справедливости!
– Успокойся, – резко велела леди Кливленд, – У меня Джастин только уснул, ты своими криками и плачем его разбудишь. Конечно же, я помогу. Правда, дело не самое простое, тут не женское слово нужно… Чарли приехал вчера, ты ведь видела его? Он, как узнает обо всем, точно помочь не откажется.
Чарльз и впрямь не отказался помочь, предварительно подробно расспросив Джоанну о произошедшем. Девушка невольно замирала от того, какая сила и власть исходили от этого молодого мужчины, та сила, какой его отец не имел никогда. Чарльз был мужчиной, настоящим мужчиной, сильным, смелым, и, вдобавок, весьма влиятельным, а потому тем же вечером брат и сестра, а с ними Джоанна и уже представленный Бэмфордам Энтони ждали в полицейском участке. Чарльз взял переговоры с начальником полиции на себя, и буквально через час Тоби вывели к ним.
При виде изможденного, худого, бледного и дрожащего ребенка ни Нэнси, ни Джоанна не сдержали слез. Последняя тут же бросилась обнимать мальчика, судорожно обещая ему, что теперь у них все будет хорошо. Тоби, тоже плача, прижимался к груди Джоанны, радуясь внезапному теплу. Девушка же, едва почувствовав, каким горячим было хрупкое тельце в ее руках, тут же накинула ему на плечи привезенное с собой покрывало и кивнула Энтони, который с готовностью подхватил мальчика и донес его до кареты. На улице они торопливо распрощались с Чарльзом и Нэнси и поспешили домой, где Тоби уже ждали горячая ванна, вкусный ужин и теплая постель, а после сна – осмотр доктора Робина. Последний, как оказалось, был необходим не в меньшей степени, чем все остальное. Сильнейшего стресса, блужданий по канализации и последующего двухдневного содержания в тюрьме вполне хватило, чтобы у мальчика началась лихорадка.
Джоанна не отходила от постели Тоби, всячески стараясь приободрить и развлечь его. Больше всего его развлекали рассказы о счастливом будущем, которое, возможно, однажды все же произойдет.
– Когда мы закончим с делами здесь, мы уедем из Лондона, – рассказывала Джоанна, осторожно обтирая руки Тоби влажной тканью, пропитанной спиртом, – поедем в Париж, и там будет наша с Энтони свадьба, а потом вернемся в его родной город, Плимут, и ты поедешь с нами. Ты ведь хочешь поехать с нами, Тоби?
– Да, – слабо отвечал мальчик, – я еще никогда не видел Парижа, да и вообще других городов.
– Я тоже! – смеялась Джоанна, – я даже моря никогда не видела, но Энтони видел, он нам все и покажет. Правда, милый?
Сидевший рядом Энтони с энтузиазмом кивал, а затем начинал рассказывать о дальних сторонах, о Франции, Испании, Перу, Тибете и многих других, где он, к своим восемнадцати годам, уже успел побывать.
– Я тоже хочу быть путешественником, – мечтательно вздыхал Тоби. Энтони, который за последние несколько дней уже успел привыкнуть к новому званию – Джоанна представляла жениха своим знакомым как известного путешественника, чтобы избежать лишних вопросов и разговоров, смеялся и кивал.
– Хочешь, так будешь, – он легко трепал мальчишку по растрепанной макушке, попутно поправляя мокрую тряпку у него на лбу.
Жар не спадал уже несколько дней, и отсутствие нормального отдыха ситуации не помогало – Тоби не мог спокойно спать, ему снились кошмары. Снились они и Джоанне, и Энтони, впрочем, последнему удавалось это неплохо скрывать, чтобы лишнего не волновать свою невесту, но оба они в те дни забыли об этом, самоотверженно сражаясь за жизнь несчастного ребенка.
Тоби и сам не знал, когда еще ему оказывалось такое внимание. Помимо Джоанны и Энтони, его регулярно навещали миссис Браун, миссис Фреймс и призраки, которым Тоби даже не особо удивился. Маленькая Аланна частенько порывалась защекотать мальчика своими невесомыми пальцами, чтобы он не был таким грустным, но Лили останавливала ее.
