Селена же переглянулась с Джарри. Когда Синара впервые оказалась в учебке, её словно магнитом притянуло в школьную библиотеку. Несмотря на небольшие признаки родства с эльфами, девочка-некромаг оказалась чувствительной к эльфийской силе — настолько, что даже переписанные книги «позвали» её. Когда Бернар понял, в чём дело, он предложил девочке найти книги, близкие ей по родовой силе. За два месяца, используя дождливые дни, Синара переписала три книги, которые хотела бы иметь в личной библиотеке. Кроме всего прочего, девочка не удержалась от желания поработать с украшениями, благо материала достаточно. Шкатулку личных сокровищ себе собрала
Так что Синара вышла из дома, закинув за плечо котомку, к которой немедленно прикипели глазами все трое приезжих.
— Что у неё? — насторожилась прабабушка. — Что у неё в сумке?
— Книги, переписанные её рукой, — ответила Селена.
Пока Синара прощалась с друзьями: её пришли проводить Фиц с Шиа, Ивар с Айной, — Селена шагнула ближе к прабабушке (ей показалось — эта женщина руководит всеми в доме) и попросила:
— Пожалуйста, леди, будьте осторожней с девочкой. Несмотря на её малолетство, она пережила очень многое, а потому очень по-взрослому относится к жизни.
— В моём доме («Ага! — хмыкнула Селена. — Угадала я!») она получит всё, что необходимо отпрыску нашего рода, — с тем же высокомерием откликнулась почтенная дама, а её муж с достоинством кивнул.
Попрощавшись с друзьями, Синара, всё с тем же ледяным выражением лица, подошла к Селене и обняла её за шею. В ухо хозяйке места толкнулся горячий шёпот:
— Если мне там не понравится, я сбегу сюда!
Растерявшись от неожиданности, Селена не сумела найти аргументированного ответа, что в семье ей будет лучше. И положилась на то, что семья Синары и впрямь собирается соблазнять «своего отпрыска» всеми благами.
Машина уехала, оставив чувство странной грусти. Вроде и Синара здесь жила около трёх месяцев всего, а вот ведь… Успела уже занять местечко в сердцах многих…
… С Морион-Топаз было легче.
Сначала позвонили Чистильщики — предупредить, что за девочкой-вампиром едут. Так что ждали гостей прямо у Пригородной изгороди. И они приехали — аж на трёх машинах. Морион-Топаз позвали к гостям только тогда, когда убедились, что вся эта орава вампирского семейства примчалась в деревню именно за ней.
Выкликанная из сада девочка-вампир, таща за собой Пренита, с которым обычно бегала, пришла посмотреть на тех, кто приехал, и сравнить их с теми из снов, которые так ярко снились ей в последнее время!
Родители дожидаться не стали, пока она их узнает. Пораскрывались двери всех трёх машин — и из них высыпали и родные, и двоюродные, и ещё какие-то детишки! Ещё у изгороди Селена заподозрила, что в родне у Морион-Топаз целый вампирский клан. Детский — во всяком случае, точно есть.
И все эти дети немедленно кинулись к Морион-Топаз, окружили её, защебетали, и только после этого мать и отец пошли к дочери, а та подняла глаза — и, расталкивая всех, кто ей мешал подойти к ним, сама пробилась к родителям.
На прощанье обнялась не только с Пренитом и Фицем, но и с Ренулфом и Руеди, ребятами-оборотнями, которые её спасли, о чём Селена не преминула сообщить её родителям, чтобы не злились, что их дочь-вампир обнимает каких-то низших оборотней. Потом подбежала к вызванному с пейнтбольного поля Эдену и обнялась с ним.
Селена потом узнала, что в обоих случаях Ирма со своими бандитами пряталась и следила за проводами издалека, после чего долго ревела. А Пренит лишь раз как-то неловко подошёл к Селене и нерешительно сказал:
— Как-то пусто без Топаз.
Хозяйка места немедленно вспомнила, как таскал на себе мальчишка-вампир маленькую девочку-некромага, которая обожала прятаться от мира, обнимая сочувствующих.
Синара слово сдержала, через неделю появившись в деревне. Селена позже выяснила, что девочка-некромаг очень боялась попадать ей на глаза, а потому «попала на глаза» сначала Фицу, у которого был браслет, помогающий переводить через оградную защиту. Потом уже на территории Тёплой Норы Синару дружно прятали от Селены — малолетние бандиты, конечно, которые весьма впечатлились рассказом девочки-некромага о том, как она старалась жить в семье, но не получилось.
Когда хозяйка места узнала, что дети втихаря таскают девочке-некромагу в садовый домик все завтраки-обеды-ужины, она быстро выудила Синару из садового домика в Тёплую Нору и заставила объяснить причины своего бегства.
— Я другая, — хмуро сказала девочка-некромаг. — А они хотят, чтобы я была как будто их с самого начала.
Селене почему-то вспомнилось, как горевала Хоста, что не может быть такой, какой должна быть чистокровная женщина-эльф — умеющей скрывать свои чувства и держать себя в обществе королевой, несмотря и вопреки.
