Селена аж вздрогнула и тоже заторопилась к машине, ругая себя за забывчивость. Она так привыкла в мыслях видеть Хосту и её дочь как-то наособицу от детей, несмотря на то что они чуть не каждый день проводили время в Тёплой Норе, что не подумала: обе — тоже из группы беженцев, которую когда-то возглавлял Сири. И сейчас пятеро детишек взахлёб рассказывают им о Шиа!
Машина Ильма стояла через два дома от Тёплой Норы. Присмотревшись, Селена улыбнулась. Обе: и Хоста, и Азалия, обе привычно в белом, — склонившись к ясельникам, и слушали, и, перебивая, спрашивали детей, тут же всплёскивая руками.
Кажется, Ильм что-то сказал Хосте, и та закивала.
Машина снова набрала скорость, чтобы остановиться возле Селены.
— Это правда? Что в городе найдена девочка-беженка из группы оборотня Сири?
— Да, это так.
— Я хотел сегодня привезти группу постарше той, что была вчера, — суховато высказался храмовник. — А теперь несколько в растерянности.
— А что меняет появление девочки? — удивилась Селена. — Мы готовы к приезду ваших учеников.
— А что вы решили с тем мальчиком? Вы его отдадите родителям? — чуть высокомерно спросил Белостенный.
Селена чуть не фыркнула: Ильм привычно предубеждён. Он считает, что хозяйка места правдами и неправдами забирает лучших подростков-магов в свою Тёплую Нору.
Поэтому, копируя его надменные интонации, она ответила, напоминая и намекая:
— Что-то я не припомню, чтобы вы так же беспокоились за тех двоих мальчиков-некромагов из пригорода, которым мы искали и нашли в городе их родителей или родных. — А когда Белостенный слегка смутился, добавила: — Мы собираемся встретиться с родителями Эдена, но чуть позже. Сегодня ночью выяснилась такая неприятная вещь, что пригородные некромаги заставляли своих малолетних помощников пить наркотическое зелье, прежде чем отправить их в развалины домов. Видимо, вчера Эден был очень взволнован встречей с сестрой. Ночью его соседям по комнате пришлось нелегко. Эден не мог проснуться и кричал, потому что во сне на него падал разрушенный дом. Так отозвалось то самое зелье.
Ильма передёрнуло.
А Селена закончила:
— У мальчика есть отец и мать. Уж вы-то, Ильм, должны понимать, что лишать Эдена семьи я просто не могу. Но вернуться к ним он должен сам и так, чтобы не причинять им душевной боли.
— … И всё-таки, Селена, почему вы не хотите отдавать своих воспитанников в Старый город? — помолчав, спросил храмовник.
Пальцы Белостенного выстукивали по капоту машины неровный ритм — нервничал, зная, что опаздывает. Но ответа дожидался.
— Начну издалека, но коротко, — отозвалась она. — Всем было наплевать на Пренита, мальчика-вампира, которого в соседнем с нами приюте третировали эльфы-подростки. А здесь Трисмегист и Понцерус ревностно развивают его довольно редкий в нашем государстве талант эктоманта… Приюты переполнены детьми-сиротами, Ильм. В них есть и эльфы. Но вы почему-то привязались именно к Тёплой Норе.
— Это не ответ по делу, которое беспокоит меня, — возразил храмовник. — Я уже поднимал вопрос перед Дроком и руководителями храмов о поиске учеников среди приютских воспитанников. Но у вас здесь собрались такие сильные маги! Почему именно их вы не хотите отдать в Старый город?
— Они не вещи, чтобы их отдавать, — кипя в душе, но стараясь говорить спокойно, ответила Селена. — А если хотите прямого ответа, то вот он. Я не доверяю Старому городу. Общение с Пертом показало, что некромаги, например, либо не умеют, либо разучились работать с детьми.
Взгляд вдоль по улице: Хоста выпрямилась среди ясельников и увидела машину семейного — наверное, догадалась, что он говорит с хозяйкой места. И, вместе с дочерью и подпрыгивающими вокруг них детишками, поспешила к Тёплой Норе.
Заметив, что Ильм хочет ещё что-то сказать, Селена подняла руку, останавливая его, и закончила:
— Главный секрет, почему дети не хотят в Старый город, вам хорошо известен, Ильм. Жизненный ритм Города Утренней Зари давно изменился. А вы, храмовники, продолжаете сиднем сидеть на привычных и удобных вам правилах. Хотя именно они мешают вам набирать учеников. Уберите два ваших старых закона — и храмы мгновенно наполнятся учениками. Уберите закон, по которому вошедший на территорию храма подросток автоматически становится храмовым адептом. И оставьте каникулы не только на первых курсах. Вы очень удивитесь тому, Ильм, что произойдёт в Старом городе, когда Город Утренней Зари узнает об изменениях в ваших порядках. Кстати, — усмехнулась она. — Если вы даже уберёте лишь один закон, появится возможность привозить в храм приютских воспитанников на экскурсию в храм, а заодно показать им ваши уроки боевых искусств. По урокам Колра знаю, насколько они завораживают.
Выждав секунды и поняв, что Селена высказалась до конца, Ильм молча поклонился ей и сел в машину. Глядя ему вслед, хозяйка места гадала, сообразил ли храмовник, почему она снова упомянула воспитанников приюта. Ведь тем, стань они учениками Старого города, каникулы не нужны.
