— И что-то с ней делают, — сосредоточенно всматривался Мика. — Кажется, корни пустили по ней. Хотят порвать её? Коннор, а защита выдержит?
— С такой смесью сил они вряд ли сталкивались, — равнодушно сказал мальчишка-некромант, тем не менее цепко наблюдавший за попытками тёмных друидов сломать защитную стену “колодца”.
Прямо напротив древа с входом в него стояли два тёмных друида. В потоках ливня, одетые в какие-то шкуры и здоровенные звериные маски на головах, они будто расплывались и выглядели страшней, чем могли бы быть на самом деле. Словно страшные лесные чудовища из ночных кошмаров, они и в самом деле водили руками по защитной стене, явно вычерчивая на ней какие-то полузнакомые мальчишке-некроманту знаки и символы. Иной раз Коннор видел, что защита под руками кого-то из них искажалась, и тогда друид спешил добавить тех же знаков, даже внешне вливая в них силу, но защита дрожала и вновь успокаивалась.
— Мы… — резко сказал Хельми. — Ещё долго будем чего-то ждать? Коннор, пора!
— Мика, Колин — отойдите! — скомандовал мальчишка-некромант и выпрыгнул между потеснившимися младшими братьями.
Следом — Хельми. Оглянувшись, Коннор велел:
— Мирт, сидишь с Джарри!
— Сидим! — отозвался Мирт, за шиворот втягивая в древо младших.
Коннор постоял немного перед древом, потом медленно, в сопровождении Хельми обошёл его. Все шестеро друидов здесь. Встали на одинаковом расстоянии друг от друга и пытаются что-то сделать с защитой тех, кого недавно почитали жертвенным мясом. На стороне, где был вход в древесную пещерку, видно было сразу троих. Как и эти трое видели мальчишку-некроманта и юного дракона.
— Не будем тянуть, — спокойно сказал Коннор и на миг сжал кулак.
Стилет вылетел и был пойман за рукоять.
Один из друидов, перед которым мальчишка-некромант встал напротив, застыл на месте при виде оружия, выскользнувшего, как, видимо, ему показалось, прямо из руки недавней жертвы. Коннор, не оборачиваясь к Хельми, негромко попросил:
— Закрой меня от наших в древе.
— Ес-сть.
Мальчишка-некромант расслышал кожистый шелест крыльев, распахнутых юным драконом. На что Коннор и рассчитывал.
Он вытянул руку со стилетом вперёд — кончиком лезвия вниз, в землю. Будто собирался поиграть в ножички и вот-вот разжать пальцы. Руку защипало, и по ней прошли мурашки, когда он в первый раз призвал дикую силу для выполнения старинного ритуала.
Застыл второй друид, когда на его глазах тончайшее холодное оружие, почти игрушка, неожиданно вспыхнуло грязноватой зелёной дымкой и выросло в крепкий, с округлыми наплывами от когда-то бывших на нём сучков посох — длинный, по плечо своему хозяину. Мальчишка-некромант зашептал заклинания призыва и одновременно крутил, словно зонт, свой посох, который временами исчезал всё в той же тёмно-зелёной дымке… Коннор слушал защитный круг “колодца”. Тот был, как и создавал его Хельми, исполнен пентаграммами, в прорехи которых можно пропустить силы дикой магии. И которые не дают враждебной магии ходу.
Так Коннор начинал действо в Старом городе магов, приглашая мертвецов с кладбищ города на площадки храма некромагов.
Но сейчас не было несущего столба храма, на котором можно было написать ритуальные символы и слова. Зато вырос и стал умней тот мальчишка, который однажды распробовал личные силы на страшный призыв. Теперь Коннор мог мысленно вписать нужные знаки в пентаграммы дракона. Что он сейчас и делал, кое-где всего лишь подправляя линии пентаграмм и превращая их из защитных в призывные.
Когда защитный круг “колодца” был готов к действию, а тёмные друиды этого не заметили, а лишь, кажется, заподозрили что-то не то, Коннор затоптался на месте, продолжая держать посох на расстоянии вытянутой руки от себя.
— Внемлите мне, зовущему! — с силой сказал он, одновременно впустив в себя дикую магическую силу и “спустив с поводка” накопленную некромагическую. — Призываю! И требую! Возьмите жертву свою!
Вокруг кулака, сжатого на горбатом навершии посоха, зазмеилась зеленоватая дымка, поднявшаяся от земли.
Тёмные друиды, наверное, что-то всё же учуяли. Уже не трое стояли прямо перед Коннором, а все шестеро, довольно нервно переглядываясь. Один ещё попытался снова пробиться сквозь защиту “колодца”. Но его звериная маска заметно дрогнула и замерла, когда её владелец вновь сосредоточил своё внимание на посохе, который держал мальчишка-некромант. На какие-то несколько секунд, потому что спустя эти секунды в дневном свете “колодца” начало происходить что-то невообразимое.
От всех границ “колодца” хлынули к посоху тёмно-алые струи. Это движение было стремительным и завораживающим. Все шестеро друидов, забыв о первоначальном намерении пробиться в “колодец”, обеспокоенно следили за бешеным движением тёмно-красных линий, мчавшихся к посоху, взлетавших к нему, фонтанировавших, сталкиваясь с зелёным дымком, — и с навершия вновь падавших на землю, чтобы устремиться по всем границам “колодца”. На зелёной траве “колодца” это кровавое движение казалось ещё более ужасающим…
