Суббота. Идём на пристань (она на Колыме) узнать про транспорт. Есть! Через час мы должны сидеть на барже со всем скарбом! Срочно покупаем некоторые продукты и посуду, пакуем. Солнца уже нет и в помине. Дождь. Быстро холодает. Рассматриваем это как временное явление. А что нам остаётся? Под проливным дождём бежим на корабль. Успели! Погрузились. Плывём. По ровной глади баржа петляет вокруг невидимых мелей. В 8-ми км от Сеймчана одна из мелей оказывается слишком невидимой для пьяного капитана. Врезались на полном ходу. Сидим прочно посреди гальки, которая холмиком окружает нашу баржу. А где же вода? Несколько поодаль. Пытаемся откопаться. На барже, кроме нас, капитана и механика, ещё 6 геодезистов. Им ехать после нас примерно полтора суток. Все попытки спихнуть баржу бесполезны. Вторая баржа, которая шла вместе с нами, побоялась сесть на мель и, не обращая внимания на все наши крики о помощи, встала невдалеке на якоре.
Располагаемся на ночь на палубе. Закусываем хлебом с колбасным фаршем. Стелим кошмы, достаём спальные мешки. Здесь, в экспедиции, я узнала, что в спальные мешки вкладываются бельевые мешки – вкладыши, которые служат ту же службу, что постельное бельё. В туристических походах мы тогда пользовались одеялами, спальники нам были не по карману.
10-е июля. Рассвет. Солнце светит в глаза. Очень яркое солнце. Ветер, не жарко. Греем чай на примусе. Снова открываем банки с колбасным фаршем. Хвала создателю этих консервов. Жизнь прекрасна и удивительна! Вот бы ещё стронуться с места.
Внимательно изучаем окружающие камни: есть ли надежда, что размоет? Скорее наоборот. Усилиями 11 здоровых молодцев (включая капитана и механика) пытаемся спихнуть баржу. Безнадёжно. Вторая баржа стоит тихо, как мышка: вперёд мимо нас пройти не может, боится также сесть на мель, а назад не хочет. Наконец, придумали: бросают назад якорь и подтягиваются к нему на лебёдке. Ох, какие молодцы! Как приятно вновь почувствовать зыбкую палубу. Пошли! Вновь плывут мимо сопки голые, лиственничные, тополиные.
Часов в 7 вечера приплыли. Выбираем широкий галечный пляж. Галька, правда, необычная: это пластинки из камня, из каких обычно состоят осыпи на склонах гор. Вот она какая, тополиная тайга! Широким полукругом окружает она пляж, а за нею – сопки, сопки. От солнца уже одни воспоминания. Разбиваем лагерь. Ставим палатки на камнях, не на солнце, которого видимо долго придётся ждать, а это значит у левого края пляжа со стороны реки. Крепко вбиваем колья – не на одну ночь. У нас две палатки. В одной размещается Герман с продуктами, приборами, документами и картами. В другой – мы: Коля, Толя, я. Сооружаем в камнях большую мачту для антенны к нашему хилому приёмничку "Альпинист". Отличный пень с толстым корнем-аркой сама природа предназначила для костра. Дрова – словно специально приготовленный завал. Костёр готов. Обстоятельно сооружаем погреб, мусорную яму. Готовим обед. Интересно сколько времени, и во сколько – темнеет? Ведь возимся мы уже очень долго.
Ого! 2 часа ночи. Спать совсем не хочется. Совсем светло. То ли не стемнело, то ли рассвело. К четырём решаем спать. Завтра в маршрут.
Просыпаемся часов в 11. Дождь мерно шелестит по палатке. Ленивый дождь. Маршрут откладывается. Холодно. Развлекаемся, кто как может. Хилый "Альпинист" не принимает даже Магадана. Вдруг приходит Коля:
– В лесу сидит заяц, смотрит на меня и убегать не собирается. Я смотрел, смотрел, не выдержал, ушёл.
Ребята достают ружья, которые в чехлах в разобранном виде, собирают, заряжают, идут за Колей. Выстрел. Несут зайца. Непуганый дурачок сидел и ждал, пока из него захотят сделать жаркое. А мы хотим. Да и охотничий азарт у ребят взыграл. Коля, увлечённый внезапным успехом, уходит снова. Выстрел. Появляется обескураженный: среагировал на движение в кустах – оказался зайчонок. Жалко. Но поздно жалеть. Разделываем обоих. Я это делаю в первый раз, мной руководят интуиция и Герман, который всё удивляется: откуда я знаю, как нужно. А я и сама не знаю, откуда знаю.
Варю суп и жаркое из зайчатины. Едим и едим. Дождь всё шелестит по палатке, дует северный ветер, а нам всё равно: мы расположились в палатке полулежа, и едим. Неужели ещё когда-нибудь захочется есть? Опять не заметили время – 3 часа ночи. Ветер и дождь усиливаются. Посуда остаётся немытой до утра.
