— Я хочу чтобы вы освободили наш лагерь немедленно. Забирай своих обезьян и убирайся к папочке, Белл. И имей в виду: мы пойдем за тобой следом.
Он молча думал. Странно, но Харпер продолжать стоять с ним рядом — плечо к плечу, и, похоже, не планировал приближаться к Элайзе. Причину такого поведения Беллами понял через секунду, когда Харпер резко вырвал у него автомат, ударил прикладом по шее и заставил упасть на колени.
— Не стрелять! — снова крикнул Беллами. — Что бы ни случилось, не стрелять!
Он ощутил прикосновение металла к затылку и услышал звук передернутого затвора.
— Харпер, нет!
Из леса выскочила Октавия и подбежала к нему. Она сейчас была больше похожа на землянку, нежели на его сестру, но, черт возьми, это все еще была она, и он знал — она не позволит им его убить.
— Эл, ты обещала! — будто отзываясь на его мысли, крикнула Октавия. — Ты обещала!
— Свяжите его, — сказала Элайза. — Просто свяжите и положите на телегу сзади. Но прежде…
Она махнула рукой, и выскочивший из леса Вик помог ей слезть и поддержал под руки. Передвигалась она с трудом: медленно и с гримасой боли на лице. Подошла к Беллами и посмотрела на него сверху вниз:
— Прикажи им покинуть лагерь немедленно. А тебя мы сами доставим к отцу.
Решать нужно было быстро, но, по правде говоря, решение он принял еще раньше. Может, когда стоял на сторожевой башне и смотрел в лес, а может, когда всем телом потянулся спрыгнуть с трибуны на помощь командующей.
— Если ты хочешь освободить пленников, тебе понадобится заложник получше чем я, — сказал Беллами. — Отец не раздумывая отдаст приказ на то, чтобы убить меня и Октавию.
— Мне не нужен заложник, — покачала головой Элайза. — Я не собираюсь угрожать твоим людям смертью одного или двоих. Я собираюсь угрожать вам смертью всего побережья.
***
И снова стадион, и снова заполненные доверху трибуны, и снова она, Алисия, стоит в центре этого чертового Колизея с высоко поднятой головой и заложенными за спину руками. И снова толпа свистит и улюлюкает, и снова над головой светит теплое закатное солнце, и отчего-то совсем не страшно, и только голос Офелии, громом разлетающийся вокруг, заставляет слегка сжиматься уставшее сердце.
— Сегодня мы будем праздновать конец старого мира и начало нового. Морские люди уходят в океан, и в этом есть высший смысл и высшее предназначение. Но мы милосердны. Мы не казним просто так, как делали это вы, как делала это ваша командующая. Мы всегда даем шанс. И у нее он тоже будет.
Черт возьми, что еще придумала эта сумасшедшая? Выпустить в центр стадиона львов? Заставить ее биться с гориллами? Почему всегда и из всего она делала шоу? Почему было просто не убить?
И Алисия вдруг поняла, почему. Потому что Блейк, отправленный к баррикадам, еще не вернулся. Потому что Офелии нужно время, чтобы убедиться, что заложенные заряды и впрямь блеф.
— Кто из вас готов сразиться со своей королевой? Кто из вас готов выйти сюда и показать командующей, что новый мир будет построен без ее участия? Кто из вас взойдет со мной на корабль рука об руку и первым покинет материк?
Она обращалась не к сидящим на трибунах, нет. Она обращалась к тем, кого вывели из подвалов, к тем, чьи руки и ноги были скованы, к тем, кого заставили сесть внизу и смотреть на представление.
Она предлагала одному из них помилование.
— Ты меняешь жизнь командующей на жизнь одного из нас? — услышала Алисия громкий мужской голос. — Я готов на такой обмен.
Спарк. Ну, конечно, кто же еще это мог быть? Кто еще мог вчера сражаться с ней плечом к плечу, а сегодня выйти на центр стадиона, принять из рук солдат длинный меч и проверить его остроту, оставляя на пальцах капли крови.
Толпа загудела, но Офелия заговорила снова:
— Мы чтим традиции человечества, — сказала она. — Спарк из клана огненных людей будет биться за меня. Кто поднимет меч на защиту свой командующей?
Алисия не стала дожидаться ответа. Она подняла руку и гул стих, словно его и не было.
— Я — командующая. Никто не будет биться вместо меня.
Она выхватила меч из рук солдата и крутанула кистью руки, разминаясь. Спарк приближался к ней — огромный, яростный, сильный. Толпа вопила и улюлюкала, словно не люди, а стадо зверей сидели на трибунах и смотрели на кровавое зрелище.
Спарк ударил, но Алисия отразила удар. Она перекатилась через плечо, отбила еще один выпад, а потом еще один и еще. Он наступал, она же словно танцевала на траве, уворачиваясь и ловко орудуя мечом.
Он размахнулся снова, но вместо того чтобы опустить меч, ударил ногой. Алисия отлетела в сторону и упала на спину, пытаясь восстановить дыхание. Толпа неистовствовала, шум стоял невозможный, и в этом шуме никто кроме Алисии не расслышал тихое:
— Надо приблизиться к трибуне сучки. Когда окажемся там, атакуй.
Она моргнула, дав понять, что услышала, и отразила новый удар. Вскочила на ноги и принялась наступать, махая мечом и стараясь не задеть Спарка. Наверное, со стороны это выглядело красиво: юная девушка и огромный мужчина сходились в поединке не на жизнь, а на смерть, и сталь ударялась о сталь, и выпады становились все агрессивнее и яростнее.
