– Если ты покажешь ей, как делать такую вышивку, что была на твоих рукавах, она тебе все на свете простит.
Я, тихо и задумчиво сидела, анализируя ощущения, пока Хакон, фыркая и посмеиваясь, делал дырки в спине моего платья. Горячая ладонь проскользнула за ворот, вызывая волну мурашек по спине.
– Здесь? – палец ткнул в лопатку, чуть ниже нужной точки.
– Выше и левее.
– Так?
– Да. И длиной в полторы мои ладони, – раздался характерный «крак» разрезаемой ткани. Затем еще один.
– Ну, пробуй, – Хакон отступил на шаг, и я буквально чувствовала его прожигающий взгляд. Мужчина словно не желал упустить ни единого мгновения. Усмехнувшись краем губ, распахнула крылья. Еще один «крак» возвестил, что разрезы были маловаты, а я с облегчением выдохнула. Все же, живя в поместье деда я привыкла, что они всегда со мной, а не скрыты во тьме. Тихий, восторженный голос за спиной напомнил, что я тут не одна. – Великолепно.
С минуту проведя в тишине, великан обошел меня, сидящую а сундуке, протянув руку.
– Идем, мама ждет нас к столу. Она определенно захочет тебе что-нибудь сшить. – Мы шли по длинному коридору из светлого камня. Стены выглядели почти голубыми, а свет причудливо преломлялся необычными окнами, создавая какую-то удивительно сказочную атмосферу. – Не отказывай ей, пожалуйста. Она любит это дело и с интересом пробует что-то новое. Думаю, ей будет любопытно, если ты расскажешь про ваши традиционные наряды.
Идти рядом с ним было удивительно. Так правильно и в то же время непривычно. Я не узнавала сама себя. Пока Хакон просто держал меня за руку – сердце спокойно и размеренно билось, вызывая теплые волны умиротворения в теле, но стоило ему только чуть крепче сжать пальцы, или погладить мою ладонь, как сердце тут же начинало стучать с удвоенной силой, грозя проломить ребра.
– Еще сегодня будет представление.Тебе должно понравиться. Я, когда бывал во внешнем мире, видел нечто подобное, но у нас лучше. Думаю, оценишь.
Странно, непривычно, но довольно комфортно. Эта компания, несколько великанов, маленькая цверга, Хакон и какие-то еще полукровки оказалась весьма дружелюбной и приятной. Никто не пялился, не задавал неудобных вопросов, не создавал неловких пауз.
– Сын, твоей гостье лучше? – громкий, резкий голос встретил нас у самых дверей. Во главе стола, слишком высокого для меня, сидел великан. Не смотря на силу, волнами кружащую по залу, он не вызвал во мне опасения и страха. Скорее почтение и интерес. Снор чем-то напоминал деда, как существо наделено большой силой, вынужденное многие годы воспитывать в себе терпение и спокойствие.– Проходите за стол. Трюд распорядилась, чтобы девице принесли кресло.
С любопытством оглядев стол и присутствующих, отметила, что хозяева учли разный рост обитателей. Если Хакону досталось просто высокое кресло, то мне отодвинул целый трон, с двумя ступенями, чтобы я могла сидеть на уровне стола, а не упиралась носом в край.
– Садись, – Хакон поддержал меня за локоть, пока я устраивалась на большой подушке. Стоило сесть, как кресло само собой подвинулось ближе к столу, вполне комфортно устроив меня среди сотрапезников.
– Как чувствуешь себя, девица? – Один из великанов, сидящий справа от Снора вопросительно поднял брови, изображая дружелюбие.
– Благодарю. Уже вполне хорошо. – великан кивнул, и, видимо все в том же жесте гостеприимства, махнул рукой. От его движения одно из блюд в центре стола поднялось вверх, словно поддерживаемое туманной дымкой, и подлетело почти вплотную ко мне.
– Мой кровный брат, Бергель, – Хакон устроился рядом, представляя мне великана. Протянув руку и поймав парящее блюдо, полукровка предложил мне, – Вкусное и не жирное рагу из куропатки. Попробуешь?
Небольшой зал, все в тех же бело-голубых тонах, с красивыми резными узорами по купольному потолку. Высокие окна, такие же хрустальные, как в коридоре, темное полированное дерево стола и кресел. На одной из стен висело огромное панно, изображающее гигантское белое дерево, на верхушке которого сидел ворон.
– Это Иггдрасиль. Мировой ясень. Он сгорел в Рагнарек, – тихий комментарий Хакона подсказал, что великан наблюдает.
– И для чего он был?
– На его ветвях покоились все девять наших миров.
В голове что-то завертелось, словно множество деталей, раньше разбросанных в хаотичном беспорядке, получили импульс и наконец заняли свои места.
Ясень.
Покоились миры.
– Но разве миры не парят в пространстве?
– Сейчас да. Скорее даже не парят, а просто кружат, сталкиваясь, притягиваясь и отскакивая друг от друга.
– И артефакты должны помочь им достичь равновесия?
– Так предполагалось, – Снор вступил в разговор, слегка скривившись, вполне определено давая понять, что он думает по этому поводу.
– Но вы считаете, что предположение не верно.
Великан кивнул.
– Нет оснований предполагать, что артефакты, пусть и великие предметы, когда-то принадлежащие богам, смогут удержать в порядке тот хаос, который твориться сейчас.
