Впрочем, так же поступали и остальные: никто не называл никаких имен, только Хана однажды не сдержалась и обмолвилась. Учитывая, что ждало преступника, разбрасываться словами не стоило. Не говоря уже о том, что без каких-либо доказательств любое подозрение могло обратиться против тебя самого.
Сётаро почесал затылок.
– Ну как сказать… Что-то выяснил. Почти достаточно, чтобы назвать убийцу. Но этому паззлу не хватает последнего кусочка. Вопрос в том, успею ли я найти его за оставшееся время.
Судя по лицу Сётаро, дело обстояло не так плохо. Возможно, что разгадка уже была у него в руках.
– Может, мне расскажешь? Пусть даже не все… Я мог бы помочь.
– Нет, не стоит. Твоя помощь не понадобится – не такое это дело.
Видимо, он был твердо намерен молчать, пока не придет к окончательному выводу. Но можно ли решить нашу проблему одной только логикой? Разве не нужно что-нибудь предпринять, если у нас не хватает улик? Или он ждет, что действовать начнет преступник?
– Как думаешь, убийств больше не будет? Наверное, нет? – спросил я.
– Думаю, не будет. Сейчас все настороже. К тому же минус второй этаж залит водой – значит, и место, чтобы незаметно кого-то убить, найти куда труднее. Так что, если хочешь чем-то заняться… – Он взглянул на меня. Я как раз боролся с зевотой. – Лучше поспи, пока есть шанс. Ближе к финальному сроку будет не до этого.
Он был прав. Усталость брала свое. Если себя довести, можно просто отключиться в самый важный момент. Предоставив Сётаро его размышлениям, я задремал.
…Прогноз, однако, не сбылся: третье убийство все-таки случилось – всего через несколько часов и совершенно неожиданно для нас.
Разбудил меня пронзительный крик.
– Папа! Папа! Как?! – Крик перешел в отчаянный вопль, в котором не получалось разобрать слов. Голос принадлежал Хаято – и доносился почему-то с затопленного минус второго этажа.
Взглянул на экран телефона – 2:32 ночи. Я проспал больше пяти часов.
Сётаро по-прежнему сидел на своей койке – все в той же позе. Похоже, он не ложился.
– Что случилось? – задал я бессмысленный вопрос.
Было очевидно: произошло нечто ужасное. Именно то, что, как мне казалось, произойти было не должно. Мы с Сётаро вышли из комнаты и отправились вниз.
Вода на минус втором этаже поднялась сантиметров на семьдесят над полом.
Подойдя к лестнице, мы сразу заметили нечто странное: на поверхности плавал рыбацкий комбинезон – как будто кто-то снял его и бросил прямо там. У самого края воды стояли две пары обуви, принадлежавшие Хаято и Хироко. Из глубины коридора доносились рыдания.
Мы спустились по лестнице, и Сётаро быстро побрел по воде вперед. Я шел за ним, стараясь не отставать. Штанины я закатал как можно выше, но вода уже доходила мне до паха, поэтому ткань быстро промокла.
Все случилось в комнате номер 207 – той самой, где убийца Саяки взял пилу и нож. Сквозь приоткрытую дверь изнутри пробивался свет люминесцентных ламп, а плеск воды смешивался с рыданиями. Заглянув внутрь, я не сразу сумел распознать, что происходит.
Хаято и Хироко склонились перед металлическим стеллажом в левом углу комнаты, пытаясь извлечь что-то с самой нижней, погруженной в воду полки. С чем они возились, было не видно, но мне не потребовалось много времени, чтобы осознать: это труп Котаро Ядзаки.
– Что случилось? – спросил Сётаро.
Жена и сын обернулись и уставились на нас с таким видом, будто мы собирались отобрать у них тело, а они готовились защищаться.
– Как это произошло? Его что, убили?
Они едва заметно кивнули.
Тело Котаро наполовину торчало с полки стеллажа. Он был в одном нижнем белье – черные синтетические леггинсы и футболка. Разглядеть подробнее было трудно из-за плещущейся воды, но я увидел, что футболка на груди порвана, обнажая колотую рану.
На полу лежал воздушный баллон и регулятор – видимо, упали со стеллажа.
У противоположной стены под водой валялись садовые ножницы с длинными деревянными ручками. Могли ли они стать орудием убийства?
Пока что я совершенно не понимал, как все произошло. Чем тут занимался Ядзаки? Он что, нырял в одном белье – и его убили за этим занятием?
Хироко и Хаято по-прежнему пытались вытащить погибшего из стеллажа, но его ступни застряли между металлическими опорами, из-за чего тело перекрутилось так, как никогда не смог бы живой человек. Они, застонав, привалились к полкам.
– Давайте мы попробуем? – предложил Сётаро. Ответа он так и не дождался, но, когда опустил руки в воду и подхватил тело под мышки, препятствовать ему никто не стал.
– Сюити, ты за ноги берись, – велел он.
Три дня назад мы так же тащили мертвую Саяку. На этот раз труп, обращенный лицом к потолку, скользил по поверхности воды. Семья следовала за нами.
У лестницы собрались Хана, Маи и Рюхэй. По крикам Хаято все уже поняли, что произошло третье убийство, – и все-таки вид тела застал их врасплох.
– Что тут творится? – прошептала Хана, но никто не ответил.
– Нужно принести спальные мешки, а то они замерзнут совсем, – сказала Маи, взглянув на промокших до нитки Хаято и Хироко.
