Единственным светлым пятном на фоне заштрихованных южных королевств был Стензер. Он едва стоял под ударами соседних государств, Риаты и Алроа. Казалось, что сейчас все воевали со всеми. Каждое из государств вело войну на два, а то и на три фронта. Такая тактика не давала никому сколь-нибудь реального преимущества и вела лишь к бесполезному истреблению населения. Весьма выгодное расположение Стензера давало ему естественную защиту и затрудняло нападение со стороны соседей. К тому же внешняя угроза привела к необычному результату. То, что на протяжении двух сотен лет не смог сделать ни один король Стензера, вдруг сделал Алдан. Он сумел не просто заключить союз с древлянами, но и объединить два враждующих народа в один. Ненамного но все же лучше обстояли дела в когорате хана Свичара. Хорошо защищенный с Востока и Юга, неприступной грядой гор и пустыней Сюлкол от нападения со стороны Риаты и Гирерана, хан теперь имел и северного соседа в качестве союзника. Зато огромная по своей протяженности граница с Какуром не внушала спокойствия. Какуры тревожили когорат своими набегами все больше и больше, и войска степняков, не приспособленные к ведению затяжных войн, начали постепенно откатываться вглубь степей все дальше и дальше. Едва кочевники наносили какурам сокрушительный удар в одном месте, как какуры жалили в другом. Особняком стояли северные княжества. Имеющие хороший боевой опыт в постоянных междуусобицах и прошлых войнах с кочевниками когората, они, гранича на западе с какурами, вынуждены были держать достаточно большие войска в постоянной боевой готовности. Как выяснил Владислав, Насыр-ловкий, дождавшись своего часа, вернулся на родину по воле народа и именем «Настигающего», этого символа королевской власти, снова объединил распавшееся было на княжества государство. Сейчас он был занят сбором войск для помощи своему в прошлом врагу, а сейчас союзнику — когорату.
Все это или почти все было известно Владиславу и раньше, но сейчас обнаружилась одна интересная особенность. Во всех южных королевствах, где у власти находились меченосцы, изменилась сама атмосфера социальных отношений. Население жило в страхе, и люди старались лишний раз не высовываться на улицу.
Каждое из пяти южно-восточных государств кишело шатеками. В Какуре «тени» пока не наблюдались, но государство объединившееся под властью крупнейшего города Мартолла, повело довольно агрессивную политику. Мало того, как выяснилось, не только Стензер в свое время обзавелся зоундлегерами. Южные государства, имели от двадцати до пятидесяти обученных солдат, вооруженных этими звуковыми «игрушками», каждое. В воздухе этих государств исключая Какур, почти безраздельно господствовали тайлоки, а солдаты муштровали все новых и новых новобранцев. Согнанные силой крестьяне повиновались из страха за своих близких. Любое неповиновение жестоко каралось и заканчивалось не только смертью несчастного, но и гибелью его семьи, причем смерть последних была куда более ужасной: они служили пищей для летающих демонов. Через некоторое время началось формирование темной гвардии в каждом из пяти захваченных тайлоками королевств. Каждый новобранец проходил обряд посвящения, после чего становился фанатически предан повелителю и тайлокам.
Однажды Владиславу довелось увидеть обряд посвящения и это только подтвердило услышанное от беженцев, рискнувших перебраться через практически неприступные горы в Когорат. Что происходило в этих таинственных приземистых бараках без окон, Владислав не знал, но одно было ясно: каждый «новобранец», запуганный и забитый, входил в одну дверь, а через некоторое время выходил из другой с потухшим взором и окаменевшим лицом. В заключение каждый из новых «зомби», как их окрестила Эстер, приносил в жертву одного из своих близких. Он выводил несчастного на площадь и привязывал его к столбу, после чего у прилетевших тайлоков начинался кровавый пир. У Владислава от ярости потемнело в глазах, когда он узнал подробности жестокой сцены жертвоприношения.
— Эстер! — обернулся Владислав. — Три "королевских меча власти" находятся в руках союзников, в Стензере, Когорате и Рукоре, еще один — у неизвестно куда затерявшегося Сулы-кривоглазого, а вот остальные пять по другую сторону баррикады. — подвел он итог, разворачивая скуттер и возвращаясь из очередной разведки.
— А это имеет какое то значение? — поинтересовалась девушка в ответ.
— Не знаю, — задумчиво пробормотал Владислав, — не знаю, но что то тут не так…