Семаргл, недовольно щерясь и не обращая внимания на полученные царапины, плюхнулся на задницу и разглядывал невесть откуда появившийся широченный пень, оставшийся от огромного дерева, на котором сидело ещё одно небольшое лесное существо, и злорадно улыбаясь, пялилось на нас. Выглядело оно как обычная коряга, густо покрытая зелёным мхом, к которой кто-то зачем-то приделал руки-ветки и ноги-сучки, а заодно воткнул в верхнюю часть два красных горящих глаза.
— Теперь ещё и Пущевик, — Семаргл, с силой шлёпнул по земле, оставляя на ней глубокий след от лапы с длинными когтями, — так вот почему тут такая тишина была, это твоя работа, поганец?
— Моя, — горделиво с некоторым эффектом самолюбования выпрямился древесный дух, — как Верлиок появился да завыл, так все и попрятались, кто успел, а звуки я все заглушил, чтоб он не нашёл никого.
— А почему он нас с Аукой не съел в прошлый раз? — вырвалось у меня, когда я поняла что к чему.
Пущевик покосился пренебрежительно и проигнорировав мой вопрос уставился на Семаргла.
— Почему твои слуги, Сварожич лезут в разговор? Много воли им дал, не дело это, — он моргнул горящими глазами.
— Отвечай на вопрос, лесная погань, пока я не спалил тебя вместе с пнём. — Мой родич не стал особо церемониться, и для наглядности стряхнул с лапы небольшой огненный сгусток.
— Отвечай, когда тебя Владыка спрашивает, пень трухлявый, древоточицей изъеденный. — Около него неизвестно каким образом проявился рассерженный не на шутку Леший.
— Так не видел он их и не слышал, спал он в ту пору, а когда проснулся ты уж по дороге вот с ними шёл, — затараторил Пущевик и испуганно рукой ткнул в мою сторону.
— Не видел, говоришь… — Задумчиво протянул Семаргл, — а скажи-ка мне, кто его в этом лесу поселил?
Угольки глаз древесного духа засверкали возмущением.
— Он не скажет. — Леший хмурил кустистые брови и тщательно оглаживал лопатообразную бороду. — Не знает он.
— А ты, получается, знаешь, — утвердительно кивнул огневолк.
Леший нехотя кивнул и отвёл глаза в сторону.
— Знаю… Чёрный змей…
— Кто? — такого искреннего удивления я у Семаргла не припомню.
Пётр Власьевич неопределённо пожал плечами, мол чего уж тут уж, и сокрушённо вздохнул.
— Потому и попрятались все, а я так и вовсе ушёл в Бранибор, к домовым, мне надо было князю весточку передать.
— А как же вы попали туда, к нам… — я сделала рукой замысловатый жест, сначала в одну сторону, потом в другую, — …где Бранибор… и где моя квартира?
Леший ещё больше сдвинул брови.
— То мне неизвестно, говорил же. Моё дело лес вот охранять, да порядок в нём наводить.
— А ещё ходоков пугать, — подколола я его и ухмыльнулась.
— И их тоже, — вскинул дед голову, — я в своём праве.
— А вещи свои они с собой забрали? — скривившись, я опять потёрла ноющую спину.
Леший засопел.
— Отвечай, когда тебя мой родич спрашивает. — Вмешался Семаргл, грозно полыхнув крыльями.
— Родич! — в панике пискнул Пущевик, — прости Владыка, не знал я, — он поклонился до земли и как-то шустро спрятался за пень.
— Родич! — Пётр Власьевич тоже был ошеломлён не меньше древесного духа, — Вот оно что! Как же я не почуял-то, а? Как же я…? — он запнулся, — а я-то понять не мог, как у тебя изборник оказался. Собирался Ауку наказать примерно, чтоб неповадно было кому попало имущество раздавать.
— Так что с вещами?
— Где они их бросили, там они и лежат, — прищурился Леший, — никому пока не сгодились.
У меня засвербело сразу во всех местах от нетерпения. Вот бы глянуть что там, может я смогла бы прибарахлиться чуток.
— А нельзя ли, уважаемый Пётр Власьевич, проводить нас к ним, — я была сама вежливость и почтительность, а Семаргл согласно кивнул, подтверждая мои слова.
— Можно, почему ж нельзя, — Леший оправил рубаху, снова важно провёл рукой по бороде, — пошли, покажу.
Чтобы добраться до вещей каждого из игроков по очереди, нам пришлось исходить пол леса. Но зато я стала обладательницей почти нового охотничьего лука с вполне приличным уроном и колчана с пятьюдесятью стальными стрелами, кинжала на мой нынешний уровень и кожаной брони, с неплохими показателями.
Переодевшись, и затолкав свои нынешние тряпки в сумку, выкинув надоевший посох, я стала рассматривать свою добычу дальше. У них в сумках были: пища, огниво, трут, стальной меч, ножны, ещё один стальной кинжал, сыромятный щит, и ещё два комплекта брони, правда похуже чем первый. Добавив лут в свою сумку, я обернулась в Лешему.
— Благодарю, Пётр Власьевич, и за находку и за книгу, — я склонила голову, а выпрямившись поинтересовалась, — Ауку вы уже видели? Он очень переживал, когда вы пропали.
Леший улыбнулся в бороду.
— Нет ещё, но увижу, куда он денется, пакостник мелкий.
Понятно, что Аука никуда не денется, но интересно жеж… Надо идти с Лешим, как-то напроситься в гости и вместе дойти до избушки.
Нагулявшись за день по лесу, мои ноги гудели от усталости и запас сил просел почти на треть. Однако, отдыхать было рано, э-эх… зелье бы сюда, восстанавливающее силу, но… нет, так нет… а как хорошо было бы…
