– Разумеется, я не буду уступать Стрэттону, – говорил Джерролд, когда мы ехали в лимузине на вечеринку. – И «Вельд» я ему за так не продам.
Я пыталась отвлечь себя мыслями о шампанском, которое будет литься рекой, но вообще-то больше всего мне хотелось скинуть платье. Причем немедленно.
Сандра обещала мне платье из шелка, но в итоге пришлось облачиться в гипюровое, которое оказалось сделано из черт знает какой искусственной дряни. Разгуливая в хлопчатобумажной майке и джинсах, я не замечала за собой аллергии, но стоило мне нацепить эту красоту за две тысячи долларов, как у меня стала зудеть кожа, и чем дальше, тем сильнее.
Я заерзала на сиденье, но наткнулась на пристальный взгляд зеленых глаз – и замерла.
– В конце концов, – продолжал Деккер, – я могу продать мою разработку кому угодно, хоть китайцам, хоть арабам.
Абсолютный и законченный эгоист, мелькнуло у меня в голове. Только о себе и способен говорить. Все остальное ему неинтересно. Вот, собственно, и разгадка той отчужденности, которую он источал. Но какие у него губы, черт побери. Если бы он только вел себя… ну, хотя бы чуть-чуть по-человечески…
– А они заинтересованы? – промямлила я.
– Ну, тут есть нюансы, – усмехнулся мой собеседник. – Китайцы вообще предпочитают красть, они не любят платить деньги за разработки. Да и не только китайцы, честно говоря. Такая сфера – стоит чуть-чуть зазеваться, и тебя обули.
– Какой кошмар, – вырвалось у меня.
– Да, в нашей сфере очень сильное давление на людей, которые в ней работают, – хмыкнул Джерролд. – Если я тебе расскажу, как мне угрожали, ты не поверишь.
– Тебе угрожали? Почему?
– Ну, потому, что я не желаю играть по их правилам. То, что я придумал, это потенциально миллиарды для экономики и одновременно источник данных для тех, кого эти данные интересуют. Так что…
– Странно, что тебе угрожали, а ты ходишь без охраны, – вырвалось у меня.
Зеленые глаза сверкнули.
– Ну, все не настолько серьезно, Джейн…
– Кларинда.
– Окей, Кларинда. Знаешь, с тобой легко общаться. Ты умеешь слушать.
М-да. Сейчас он еще предложит мне быть друзьями. Мог бы сказать, какие у меня красивые коленки, или глаза, или еще какие-нибудь части тела. И зачем я, спрашивается, подалась в эскортницы – для того, чтобы слушать разговоры о программных продуктах? Кошмар, да и только.
– Вообще, я не люблю людей, – продолжал мой собеседник, – и общаться с ними не люблю.
– Что так?
– Считай, что я всех вижу насквозь. Ты, например, думаешь, что я ничего так чувак, но это лишь потому, что у меня есть деньги. Не будь у меня денег, ты бы даже внимания не меня не обратила.
– Это что-то из современной психологии? – напряглась я. – Нет никаких «если бы». Мы сидим в машине, машину ведет твой шофер, небо наверху, земля внизу. Тебе точно надо завести собаку.
– Нет, ну слушай…
– Лучше, конечно, кота. Кот тебе сразу докажет, что никакой психологии не существует, а если и существует, то она не работает или работает совсем не так.
– Я так понимаю, у тебя есть кот, – улыбнулся Джерролд.
Когда он хоть на мгновение забывал, что стоит в центре своего мира, и улыбался просто по-человечески, от этого можно было растаять, как масло на сковородке. Я заерзала на сиденье.
– Нет, – отрезала я. – Ты думаешь, что всех видишь насквозь, но ты даже такую простую вещь определить не можешь. Если бы у меня был кот, я бы уже затрахала тебя его фотками. И если бы ты не согласился, что он чудо, я бы…
– Ну и кто только что говорил, что нет никаких «если бы»?
А ведь он меня подловил. Я открыла рот, чтобы сказать – ну, хоть что-нибудь, но именно в это мгновение все и произошло.
Завизжали тормоза, машину занесло, потащило куда-то вбок, я завопила, меня дернуло вперед, потом впечатало в сиденье, но ремень безопасности держал меня крепко, а я, в свою очередь, зачем-то держала сумочку.
Машина остановилась, потом грохнула дверца, и мне показалось, что шофера Деккера просто выдернули из салона, как рыбку из консервной банки. Потом дверца распахнулась с моей стороны, и я уставилась на дуло пистолета, который держала рука в перчатке.
– Мать твою, – обладатель руки выругался по-испански, – тут баба!
Вместо последнего слова он произнес другое, тоже на букву «б», но более энергичное.
– Если вам нужны деньги, – быстро проговорил Джерролд, – я все отдам.
Меня всю трясло, а он мгновенно принял решение: не сопротивляться, не злить бандитов и вообще не усугублять. Очень разумно, надо отдать ему должное.
– Вылезайте из машины, – велел скучающий голос, доносившийся снаружи. Это был другой человек, не тот, который держал оружие.
– Вы нас убьете? – пропищала я, возясь с ремнем безопасности.
– Нет, просто объясню мистеру Деккеру кое-что.
– Вы меня знаете? – напряженно спросил Джерролд.
– У меня сломался каблук, – простонала я. Сняла туфлю и, держа ее в руке, выбралась из машины.
