— Рассказать всем, что случилось, и попытаться узнать, кто за этим стоит. Можешь предложить что-нибудь получше?
— Я думал, как бы тебе обеспечить алиби, но что-то не получается.
Я покачал головой.
— Мы слишком близки. Поэтому как бы ты ни старался, эффект будет прямо противоположным.
— А может, признать, что это твоя работа?
— Я думал об этом. Но о самозащите тут говорить не приходится. Глотки перерезают из-за угла. Пришлось бы склеивать доказательства, придумать, будто он замышлял какую-то гадость, и объявить, что я сделал это на благо Амбера. Мне это противно. На таких условиях я категорически отказываюсь признаться в том, чего не совершал. Да и возьми я вину на себя, запашок от всего этого останется препротивный.
— Да и репутация опасного противника тоже.
— Такая репутация мне как раз и не нужна. Я такими делами не собираюсь заниматься. Это исключено.
— Тогда мы закруглились. Почти…
— Что значит почти?
Прищурив глаза, Рэндом тщательно изучал пальцы своей левой руки.
— Как тебе сказать… мне сейчас кое-что пришло в голову. А что если убрать со сцены еще кого-нибудь. По-моему, пришло время переложить вину на чужие плечи.
Я поразмышлял об этом, докурил сигарету и произнес:
— Неплохо. Но в данный момент у меня нет лишних братьев. Даже Джулиан не лишний. Да его и не проведешь.
— Необязательно выбирать кого-нибудь из семьи, — ответил Рэндом. — Вокруг полно амберских дворян, у которых есть причина для мести. Например, сэр Реджинальд.
— Хватит, Рэндом! Это тоже исключено.
— Ну, тогда серые клеточки в моем мозгу истощились.
— Надеюсь, те, что заведуют памятью, остались?
— Ну что ж…
Рэндом вздохнул, потянулся, затем встал, перешагнул через труп и подошел и окну. Открыв портьеру, он долго смотрел вдаль.
— Ну что ж, у меня есть, что рассказать.
И Рэндом начал вспоминать вслух:
