Однако вскоре он вновь напрягся, ведь в этой кучке соли не появилось кое-чего важного.
«А где ядро? Неужели оно всё ещё живо?»
Мирослав настороженно огляделся, однако новых кристальных фигур не появилось. Разбросанные тут и там горки соли оставались совершенно безжизненными.
«Похоже, что это была лишь частица более могущественного монстра, скрывающегося внутри горы. Хотя странно, что нежить приняла такую форму, соль навьё обычно не любит. Его призвала техника, которая что-то защищает? Хотя ладно. Мне любом случае сейчас не до того, главное, что бой наконец окончен…»
Юноша аккуратно собрал часть соли, что осталась сухой и не испачкалась в земле, в мешочек. Потом он разложил свою полевую лабораторию, после чего принялся за анализ.
«По составу и свойствам определённо обычная каменная соль. Довольно чистая к тому же. Совершенно странный выбор материала как для нечисти, так и для людского творения. Но увы. Этого я не узнаю. Пусть с камнем зари не повезло, всё равно нужно возвращаться. Нельзя тянуть с лечением Рагнеды до последнего.»
Мирослав собрал своё снаряжение и двинулся в обратный путь. Всё так же быстро, но осторожно он прошёл путь до Мелополья, лишь несколько раз сделав крюк из-за особо опасных монстров.
По прибытии его ждал сюрприз. Вернее само событие он ожидал, не знал лишь когда. Прибыли выжившие. Четверо бойцов из Твердыни, которые разбили лагерь рядом с городом и даже перенесли оставленный им флаг с собой. Трое мужчин и одна женщина. Они сидели у костра с понурыми лицами, но, заприметив неподалёку Мирослава, тут же вскочили, переходя в боеготовность.
«Насторожились сразу же. Это правильно, расслабляться здесь — верный способ умереть.»
— А ты ещё кто? — спросил крепкий сухощавый мужчина, чьи волосы уже окрасила седина, — Я тебя среди наших не припомню.
Понимая, что богатыри измотаны и напряжены, юноша решил ответить прямо, чтобы не спровоцировать агрессию. Особенно учитывая, что они перекрыли ему путь к городу. Отрываться от возможной погони и обходить город так, чтобы прошмыгнуть незаметно потребовало бы немало лишнего времени, которого у него не было. Прорываться через трёх шестихвостых и одного семихвостого было бы довольно опасно.
— Дарён Русалов. Прибыл из Бориславского княжества на особую тренировку. Во время нападения нам проводили экскурсию по стенам. Я заприметил, что враг собирается использовать столбы-обереги для прорыва, и Часлава провела меня к стеновому коменданту Венцеславу, где с моей помощью был создан план противодействия. После с отрядами Лудислава и Девятко мы его реализовали. Ну и по итогу я попал в ту странную технику перемещения, которая выбросила меня сюда. Судя по всему, и вас тоже.
— Я видел со стены, как вдалеке передвигался некий отряд, устанавливая деревянные столбы. Судя по всему они действительно смогли закрыть брешь, — сказал самый молодой из группы, — Да и ребят наших он верно по именам назвал.
— Это ничего не доказывает. Довольно странно, что какой-то юнец мог столько знать и сделать, — сказал другой, — Очень подозрительно.
— Хмм. Ну способ проверить хотя-бы часть твоих слов прост, — хмыкнул старший, — Если тебя пустили на поле боя, то комендант должен был обязательно принять в наши ряды. Покажи медальон.
«Проклятие. Я ведь оставил его… Как несвоевременно они появились.»
— Он не со мной. Оставил в лагере внутри этого города.
— Ага. Это вот внутри того ядовитого облака? — вклинилась женщина, — Если бы ты попытался туда войти, был бы уже мёртв. Точно врёшь!
— Похоже, что стоит схватить его и допросить. Возможно, это шпион одержимых, — сказал старший, — К бою!
— Погодите, я…
Но его уже никто не слушал.
«Да чтоб вас…»
Мирослав залпом опустошил флакончик с зельем потентности и поглотил все три хвоста, после чего рванул вперёд к городу. Техника пляски и ускорение позволили ему уклониться от всех атак и достичь туманного облака, где юноша и скрылся. Однако когда действие поглощения кончилось, тело тут же скрутило в агонии. Мышцы, связки и суставы попеременно полыхали и леденели, не давая ни мгновения покоя.
«Хорошо хоть не на полпути к городу перехватили, задержись я там ненадолго и считай сам бы себя в их руки отдал… Как же больно!»
Мирослав повалился на брусчатку и какое-то время отлёживался, чувствуя себя так, словно его пережевали и выплюнули.
— Я вернулся, — громко сказал юноша, подходя к городской площади.
— Я уж заждалась, — протянула девушка, выскочив наружу — Оказывается, одиночество ощущается куда острее, когда вспомнишь, каково жить иначе. Пусть общество Создателя и не было желанным, но даже оно спустя время казалось лучше одиночества. Ты же куда приятнее, чем он.
— Понимаю, — кивнул Мирослав, — Но тут ничего не поделать. Лекарственные травы сами себя не добудут. Приходится уходить.
— Нашёл хоть? Не зря всё?
— Да. Причём ещё и попал в ловушку соляного монстра. Странное это было существо. Таких я ещё не встречал.
