Рядом с судьей стояла, продев руку ей под локоть, ее юная копия. «Так вот, значит, ты какая, Джози Кормье», – подумал Джордан, изучая девочку, дрожавшую как осиновый лист. Каштановые волосы разметались по плечам, голубые глаза избегают встретиться с ним взглядом.
– Джози очень напугана, – сказала судья. – Я подумала, мы, может быть, зайдем на минутку и вы ее успокоите, после того как выслушаете и решите, поможет ли вам то, что она знает, или нет.
– Джордан? Кто там пришел?
Он обернулся: Селена с Сэмом на руках стояла в коридоре. На ней была фланелевая пижама, то есть формально она встречала гостей одетая.
– Судья Кормье хочет, чтобы мы поговорили с Джози о ее показаниях, – произнес Джордан с нажимом, давая жене понять, что у него большие проблемы, ведь все, кроме, может быть, самой девочки, прекрасно понимали: он заявил о своем намерении ее вызвать только для того, чтобы добиться отстранения судьи Кормье.
– Видите ли, – начал Джордан, снова поворачиваясь к Алекс, – в данный момент я не совсем готов решать рабочие вопросы.
– И все-таки вы, наверное, представляете себе, зачем вам нужны показания Джози. В противном случае вы не включили бы ее в список свидетелей.
– Почему бы вам не позвонить моему секретарю и не назначить встречу…
– Нам очень хотелось поговорить с вами сейчас. Прошу вас. Я пришла не как судья, а просто как мать.
Селена вышла вперед.
– Проходите, пожалуйста, – сказала она, свободной рукой обнимая Джози за плечи. – Вы, наверное, Джози, да? А это Сэм.
Джози застенчиво улыбнулась малышу:
– Привет, Сэм.
– Дорогой, почему бы тебе не принести нашим гостям кофе или сока?
Джордан уставился на жену, не понимая, что она задумала.
– Конечно. Пожалуйста, проходите.
Дом, к счастью, выглядел совсем не так, как во время прошлого нежданного визита судьи Кормье. В раковине не было грязной посуды, стол не был завален бумагами, куда-то таинственно исчезли разбросанные игрушки. Что тут Джордан мог сказать? Его жена – фанатик чистоты.
На кухне он выдвинул два стула для Джози и для судьи.
– Какой кофе вы любите? – спросил он.
– Спасибо, ничего не нужно, – ответила Алекс, сжимая под столом руку дочери.
– Мы с Сэмом пойдем в гостиную поиграем, – сказала Селена.
– Зачем? Оставайся! – Джордан устремил на жену умоляющий взгляд, означавший: «Не уходи, а то она меня распотрошит!»
– Нет, мы лучше не будем вас отвлекать.
Джордан тяжело опустился на стул напротив своих посетительниц, хотя стоя ему думалось лучше.
– Что я могу вам сказать? – начал он, собравшись с силами. – Бояться совершенно нечего. Я только хотел задать несколько простых вопросов о вашей дружбе с Питером.
– Мы не дружим, – возразила Джози.
– Я знаю, но раньше-то дружили? Как давно вы знакомы?
– С детского сада или даже раньше, – ответила Джози, бросив взгляд на мать.
– Хорошо. Вы играли у вас дома? Или у него?
– И там и там.
– У вас были общие друзья, с которыми вы проводили время?
– Нет.
Слушая этот разговор, Алекс благодаря своему адвокатскому опыту поняла: «У него ничего нет. Все это ерунда».
– А когда вы перестали общаться?
– В шестом классе, – сказала Джози. – У нас как бы вкусы разошлись.
– А после этого вы продолжали как-то контактировать?
Джози заерзала:
– Только виделись в коридоре, и все такое…
– Но еще вы ведь работали вместе?
Джози опять посмотрела на Алекс:
– Недолго.
Мать и дочь выжидающие уставились на Джордана. Его это позабавило, поскольку свои вопросы он сочинял на ходу.
– Какие отношения были у Питера с Мэттом?
– Никаких, – сказала Джози, однако ее щеки порозовели.
– Может быть, Мэтт говорил или делал что-то, что обижало Питера?
– Может быть.
– Хотелось бы поконкретнее. – (Джози покачала головой, плотно сжав губы.) – Когда ты в последний раз видела Мэтта и Питера вместе?
– Не помню, – прошептала она.
– Они дрались?
Ее глаза наполнились слезами.
– Не знаю.
Она посмотрела на мать, а потом медленно опустила голову на руки, сложенные на столе.
– Милая, ты бы подождала нас в комнате, – произнесла судья ровным голосом.
Алекс и Джордан проводили Джози взглядами: она села на стул в гостиной, вытерла глаза и, опершись локтями о колени, стала наблюдать за игравшим на полу малышом.
– Послушайте, – вздохнула судья Кормье, – я больше не имею отношения к этому делу. Я знаю, что именно для того, чтобы меня отстранить, вы и включили Джози в список свидетелей. Но сейчас речь не об этом. Я пришла к вам как к человеку, у которого тоже есть ребенок. Если Джози под присягой письменно покажет, что ничего не помнит, вы подумаете еще раз о том, стоит ли вызывать ее в суд?
Джордан бросил взгляд в сторону гостиной: Селена уговорила Джози тоже сесть на пол и присоединиться к игре. Сейчас девочка толкала к ногам малыша самолетик. Когда Сэм расхохотался так, как хохочут только младенцы, Джози тоже чуть-чуть улыбнулась. Селена, поймав взгляд мужа, вопросительно подняла брови. Джордан получил то, чего хотел: Кормье взяла самоотвод. Теперь можно было проявить великодушие и уступить ей.
– Хорошо, – сказал он судье. – Вы можете принести мне ее письменные показания под присягой.
