Девятнадцать писем полностью

Открывая глаза, я резко сажусь. Я помню. Отбросив одеяла, я вскакиваю с кровати и копаюсь в темноте, ища свой телефон. У меня кружится голова. Мне нужно позвонить Брэкстону. Нужно узнать, действительно ли это произошло в то утро, или это был просто сон.

Когда наконец нахожу телефон, я включаю его, и от яркости у меня болят глаза. Я вижу, что времени 1:19 ночи. Снова цифра девятнадцать. Я задыхаюсь, пока ищу его номер. Наверное, мне не следует звонить ему в такое время, но я отчаянно нуждаюсь в ответах. Я ни за что не засну обратно, пока не узнаю.

— Привет, это Брэкстон, я не могу сейчас ответить на ваш звонок, но если вы оставите своё имя и номер, я вам перезвоню, как только смогу…

Моё сердце падает.

Я включаю свет и начинаю ходить по комнате, а затем решаю всё послать и поехать туда.

Я даже не тружусь снять пижаму, просто натягиваю джинсы и достаю из шкафа куртку. Я уже вызываю такси, пока бегу вниз по лестнице и выскальзываю в темноту. Через двадцать пять минут водитель поворачивает на улицу Брэкстона.

— Номер девятнадцать, — говорю ему я, на лице появляется улыбка.

Я хлопаю по своим карманам, когда мы останавливаемся у его дома.

— Чёрт!

— Будет девятнадцать долларов и пять центов, но давайте сделаем ровно девятнадцать, — говорит он. Конечно, девятнадцать долларов. От этого моя улыбка только растёт. Это знак, я знаю.

— Я оставила деньги дома, дайте мне секунду. Мой муж всё оплатит.

Мой муж. Эти слова для меня не пустые.

Его дом погружён во тьму, когда я подхожу к входной двери, и я вдруг начинаю передумывать. Сейчас середина ночи. Тем не менее, я поднимаю руку и стучусь. Я слышу, как Белла-Роуз лает внутри, и через несколько минут включается свет на крыльце.

Первым делом я вижу удивление на лице Брэкстона, когда он открывает дверь.

— Джемма, — мой взгляд опускается по его телу, он без майки, в серых штанах, которые низко висят на его бёдрах. Он выглядит так же прекрасно, как в моём сне.

— Джемма… всё в порядке?

Мой взгляд возвращается к его лицу.

— Мне нужны деньги, чтобы заплатить таксисту, — я указываю за своё плечо. — Я могу их тебе вернуть, забыла взять сумочку.

— Конечно, секунду, я возьму свой бумажник, — он отходит назад и открывает дверь шире. — Проходи, на улице холодно, — через минуту он спускается обратно по ступенькам, уже в футболке. — Стой здесь. Я сейчас вернусь.

Брэкстон закрывает за собой входную дверь, когда возвращается, и останавливается передо мной, засовывая руки в карманах.

Так приятно его видеть.

— Привет.

— Привет, — отвечает он, улыбаясь.

— Я скучала по тебе.

— Правда?

— Очень сильно.

Его лицо светится от моего признания.

— Я тоже по тебе скучал, Джем, но сейчас без четверти два часа ночи. Уверен, ты проделала весь этот путь не для того, чтобы сказать мне это.

— Не для того, — я кратко опускаю глаза в пол. — Мне нужно увидеть ванную, где я собиралась по утрам.

— Нашу ванную? — его брови хмурятся. — Зачем?

— Можно мне просто посмотреть? — я не хочу рассказывать ему, зачем, на случай, если она полностью отличается от ванной в моём сне.

— Конечно.

Он разворачивается и идёт к парящей лестнице.

— Это та же ванная, где я собиралась утром, когда ты подарил мне колье?

— Да.

Мой взгляд мечется повсюду, пока я иду за ним в комнату, которая, по моему предположению, является нашей спальней. Там большая кровать, у дальней стены. Одеяло откинуто в одну сторону, и я вижу вмятину на подушке, где Брэкстон лежал несколько минут назад.

— Это наша ванная, — говорит он, жестом приглашая меня войти, сам оставаясь в дверном проёме.

Я ахаю, как только прохожу в комнату.

— Я помню цвет стен… и этот столик, — говорю я, спеша к нему. Зеркало и лампы точно такие же, как в моём сне. — Я помню эту ракушку, — шепчу я, поднимая её. Когда кладу обратно, я открываю ящик и вижу сверху розовую кисточку.

Я разворачиваюсь лицом к Брэкстону.

— Тем утром, когда ты подарил мне то колье, ты стоял в дверном проёме и наблюдал, как я крашусь. Ты был без майки и в серых штанах, которые на тебе сейчас. Кстати, ты выглядел очень сексуально, — улыбка на его лице растёт, когда он делает несколько шагов ко мне. — Ты сказал, что хочешь, чтобы я ушла с работы, чтобы мы могли создать семью, так ведь?

— Так.

— Брэкстон, я помню, — говорю я, прыгая к нему в руки. — Я помню, — по моему лицу текут слёзы счастья, когда он обвивает меня руками и кружит по комнате.

Когда он наконец ставит меня на пол, он берёт в руки моё лицо.

— Джем, — шепчет он.

— Я даже вспомнила, как сильно тебя любила. Это было чувство… эйфории, — я кладу руку на сердце. — Оно поглощало меня.

— Я так сильно тебя люблю, Джем, — говорит он, когда из одного из его глаз стекает одинокая слеза.

— Я тебя тоже люблю.

Его губы сталкиваются с моими, и моё тело инстинктивно прижимается к нему, пока мои руки скользят вокруг его талии. С моих губ срывается тихий стон, когда он углубляет поцелуй.

Когда он отстраняется и улыбается, я улыбаюсь тоже.