Девятнадцать писем полностью

Я смазываю свой тост маслом и клубничным джемом, и когда поднимаю взгляд, она смотрит на меня.

— Что? Джем, это здоровая еда — он сделан из клубники.

— И из тонны сахара, готова поспорить, — говорит она, смеясь так, от чего я всегда улыбался.

Пожав плечами, я откусываю тост.

— Я хотел у тебя спросить, Рэйчел говорила тебе что-нибудь про Лукаса?

— Нет, а что?

— Не бери в голову.

— О боже. Ты не можешь просто сказать это и ничего мне не рассказать, Брэкстон!

Моя улыбка становится шире. Она всегда была любопытной; я никогда не мог скрывать от неё секреты.

— Просто Лукас недавно мне кое-что сказал.

— Что он сказал? — она наклоняется вперёд на стуле, ожидая моего ответа.

— Думаю, между ним и Рэйчел что-то происходило за нашими спинами.

Её глаза расширяются от шока.

— Не может быть. Правда? Почему ты так думаешь? Рэйчел не говорила мне о нём.

— Ты могла не заметить, но он в последнее время относится к ней очень агрессивно. Это совершенно на него не похоже. Они всегда хорошо ладили.

— И?

— И, когда я недавно обратил на это его внимание, он признался, что влюблён в неё.

— Выкладывай.

То, как она говорит это, вызывает у меня усмешку.

— Он сказал, что она не чувствует того же.

— Я у неё спрошу. Завтра вечером она приедет на прощальный ужин.

— Прощальный ужин? — её комментарий меня удивляет.

— Да. Она возвращается в Нью-Йорк.

По выражению её лица я могу сказать, что она опечалена этим. Она всегда расстраивалась, когда Рэйчел приезжала домой на праздники, а затем снова уезжала. Она ненавидела находиться так далеко, но также понимала, что Рэйчел нужно быть в Нью-Йорке ради карьеры.

— Но не говори ей, что это я сказал. Боже, Лукас меня убьёт, если узнает.

— Я не скажу, но определённо посмотрю, что смогу выяснить. У женщин есть для этого свои способы.

— Мне ли не знать, — говорю я, усмехаясь.

Убирая посуду с завтрака и загружая посудомоечную машину, я засовываю в задний карман своё следующее письмо, чтобы отдать ей, когда подвезу её. Я вдохновился для его написания после нашего разговора в машине вчера утром. Я ускользнул вчера с работы, чтобы найти крохотную подвеску в виде машины к этому письму.