- Похитителей пятеро, - сказал следопыт, - но они, кажется, совершенно не опасаются погони. Взгляните, местьер; они прошли по мокрой земле, хотя могли бы подняться чуть выше и пройти по отрогу хребта у нас над головой, где их следы на щебне нипочем не разглядеть. Это или глупость, или наглость. И еще странно – все это время они ни разу не развели костра. Никаких следов лагеря или бивака. На работорговцев не похоже, на грабителей кочевников – тоже. И те, и другие давно бы уже пересели на лошадей и убрались бы с пленниками на юг, в сторону степи, а не лезли бы так упорно в горы. Я теряюсь в догадках, местьер.
Рыцарь мрачнел, сыпал проклятиями. На третий день погони Баш обнаружил кровавые следы на глине у ручья и там же разглядел на ветвях тамариска лоскутья одежды и вырванные женские волосы.
* Бреннон – презрительное прозвище чужеземцев в Лаэде.
- Одна из женщин пыталась бежать, они догнали ее и убили, - заключил он.
- Ничего, скоро мы до них доберемся, - Карвер заскрипел зубами. – Я на веревке притащу этих ублюдков в Фейнхар.
На холме доели остатки провизии; Баш раздал всем по ломтю хлеба и по маленькому кусочку солонины, а Карвер пустил по кругу свою флягу. В сосняке было холодно, по вершинам деревьев завывал ветер. К утру землю на опушке покрыл иней, и даже привычные к морозу волахи проклинали лесных духов за то, что те мучают их холодом.
Перед самым рассветом Карвер повел свой маленький отряд вниз, к деревне. Когда глаза воинов стали различать не только очертания предметов, но и их цвет, Карвер велел приготовиться к бою. Сам он уже давно обнажил свой меч и держал его в левой руке, а правую положил на перевязь, где в кармашках ждали своего часа метательные ножи-орионы.
- Откуда у тебя такой хороший меч, парень? – спросил он Хейдина, когда юноша обнажил свой клинок.
- Мой господин Йондур Брео подарил мне его, местьер Карвер.
- Царский подарок. Кристан орбанской выделки из светлой таорийской стали со сплетенными змеями на фухтеле у рукояти. Эфес восьмеркой с золочеными дугами и клеймо в виде павлина – гм! Работа мастера Грира Тарди. Твой хозяин балует тебя, парень. Если это не подделка, то твоему мечу цены нет.
- Они в том доме, - вдруг сказал Баш, показав глазами на добротную крестьянскую мызу, окруженную крепким тыном, - я чувствую это. Что-то здесь нечисто, местьер Карвер. Не могу понять, в чем дело, но у меня по шкуре прям ледяной крупой подирает.
- Что это ты? На тебя это непохоже.
- Вот и я о том же. Недоброе у меня предчувствие.
- Пора! – вздохнул Карвер. – Пока они спят, порежем их без лишнего шума.
- Нет! – Баш замотал головой. – Надо посмотреть. Подобраться к самому дому. Я пойду.
- Один?
- Я пойду с тобой, - вдруг сказал Хейдин.
Следопыт недоверчиво хмыкнул, поскреб обросший седой щетиной подбородок.
- Это ведь дело мужское, птенец, - сказал он. – Как бы в штаны не наложить от излишней прыти.
- Коли я наложу, ты подотрешь, - отвечал Хейдин.
Лицо Баша побагровело, но неожиданно следопыт улыбнулся.
- Языкастый щенок! – хмыкнул он. – Видать, у рутанов не учат молодежь хорошим манерам. Ладно, держись за мной, только не проколи мне вторую дырку в заднице своим кристаном.
Они поползли по покрытой изморозью пожухшей траве к чернеющим на фоне рассветного неба домам. Минут через пять подобрались к ограде в том месте, где плотный тын из отборных тщательно отесанных кольев сменялся оградой из плетеных лозяных щитов. Баш тихо и быстро прорезал в плетне дыру своим кинжалом и первым вполз в отверстие.
- Сила Единого, это еще что? – вырвалось у него.
Огороженный плетнем участок с трех сторон окружали высокие кусты малины и смородины, уже полностью растерявшие листья. А в центре огорода возвышалась куча в добрую сажень высотой – перемешанные и расколотые кости, ребра, позвонки, черепа людей и животных, гниющие шкуры, темные заскорузлые от крови тряпки, некогда бывшие одеждой.
- Назад! – зашипел Баш, но уже было поздно.
Трупный смрад от кучи перебил новый запах – острый и тошнотворный. Из-за кучи с ворчанием и фырканьем поднялась сгорбленная темная фигура. Тварь настороженно поводила остроконечными ушами, потом в сумраке сверкнули белые фосфоресцирующие клыки, горящие нечеловеческой злобой глаза, глянули прямо на Хейдина. Миг – и неведомая тварь перемахнула через груду останков и бросилась на людей.
Баш взвизгнул и ударил чудовище эфесом меча прямо в морду. Левая рука у него оказалась в пасти твари. Раздался хруст, и Баш завопил протяжно и страшно. Но Хейдин уже поборол страх. Удар его кристана развалил череп чудища, как топор полено. В нос юноши ударило такое зловоние, что Хейдина стошнило прямо на бьющуюся в конвульсиях тушу убитого им монстра.
- Помоги мне…- хрипел Баш. – Мать его сука, я кажется, умираю…
- Что это? – Хейдин вытер мокрый рот рукой, попытался рассмотреть убитое существо.
- Вордлан! Вордлан это, болван траханный! Я…я так и знал, что тут нечисто…Аааааааа!
