— Оставайтесь здесь, милочка. Не положено, — врач ткнул ладонью в грудь Лизочки, заставляя ее отпрыгнуть назад. — Мы пускаем только мужей. По предварительной договоренности, — стал приходить в себя доктор. — Вы же не муж? — на всякий случай уточнил он, ожидая от парочки чего угодно. — Вот! — самодовольно продолжил доктор, когда Лизочка отрицательно помахала головой. — А вы за мной! — бодро скомандовал он Маринке, хватая ее за плечи.
Мариночка сидела на кровати, отвернувшись лицом к стене, и грызла ногти от смущения. Ей было стыдно за оторванный рукав, да, она его все-таки отвоевала, и за то, что предположить не могла, что действительно рожает. Причем по всем правилам. Такое случается, когда вынашиваешь плод девять месяцев. «Девать месяцев, мать их!» — читалось на лице Маринки. «Вот как это возможно?»
Маринка сползла с постели и тихонько, расплываясь по стеночке, добралась к золотистому телефону. Он тщательно прятался в ее сумке после последнего звонка, сделанного испуганной Мариночкой «куда надо».
— Марина! Кому вы опять звоните? — поднял панику доктор, опасаясь, что сумасшедшая дама вызовет подмогу. — Я же сказал — набираться сил и не нервничать! — но пока врач добежал к Маринке, она все-таки успела вызвонить Вовчика.
— Снова с адвокатом связывались? — гневно вопрошал Борис Игоревич, размахивая телефоном перед Мариночкой, когда оттуда беспрерывно кричали: «Держись там! Без боя не сдавайся! Я еду к тебе, малыш!» — лицо доктора неожиданно прояснилось, и он унес трубку с собой, чего-то там тихонечко бубня Вовчику.
— Да куплю я вам новый халат! — кричала вдогонку Мариночка, нервничая, что противной врач на нее нажалуется. — Борис Игоревич, верните мой телефон! Я буду послушной! — продолжала веселить девок по палате Марина, картинно потряхивая оторванным рукавом, словно прощаясь с доктором навеки. — Спасибочки, — благодарно пролепетала Маринка, получив обратно свое сокровище.
— Вам подруга звонит, — коротко проинформировал врач и смылся с палаты, пока его самого не порвали в клочья.
— Черт! Лиза. Лизонька! — сначала шмыгала носом, а потом плакала навзрыд Марина. — Этот противный докторишка прав, — зашептала она в трубку, а когда врач посмотрел на нее, Марина снова расплакалась. — Я рожа-а-аю, Уже девять месяце-е-ев, — не могла прийти в себя девушка, продолжая шокировать своих подруг по счастью. — Я такая глупа-а-ая, — мочила Маринка свой смартфончик.
— Я звоню Владе! — обрадовалась Лизочка, что неизвестность позади — пора рассказывать хорошие новости. — Пусть к нам едет! — Лиза даже предположить не могла, что Влада почти доехала к ним. И у нее на это были свои причины.
—Владусь, ты что здесь делаешь? — округлились глаза Маринки, когда она увидела подругу. Влада выглядела такой растерянной, напуганной, как сама Марина. — Ты ко мне приехала, да? — все же надеялась Мариночка, что встреча в роддоме — всего лишь дружеская поддержка, а не вторая насмешка судьбы, но на этот раз над ее прагматичной и правильной Владой.
Девушка сидела над бумагами и затравленно смотрела на окружающих, до конца не веря в то, что десять минут назад сказал доктор. Владочка бросилась в объятия Маринки, вмиг позабыв, что она взрослая, рассудительная барышня. Сейчас она чувствовала себя ребенком, маленькой напуганной девочкой. И этой девочке предстояло пройти очень трудное испытание.
— Марин, я рожаю, — всхлипывала Влада, прижимаясь к подруге. Они напоминали колобков, которые хотели воссоединиться и укатиться ото всех, особенно от Бориса Игоревича.
— Девять месяцев? — с надеждой спросила Мариночка, но Влада лишь опустила голову, подвывая от страха и неизвестности. — Двадцать шесть недель, — выжала из себя девушка, — и сохранять не получится, — она утирала слезы рукавами, пряча глаза от подруги. Возможно, чувствовала себя виноватой. — Мне кажется, это все из-за меня, — Влада зарыдала в голос, пугая дежурную медсестричку.
— Не переживайте так сильно, — старалась помочь девушка, — мы с братом тоже недоношенные. — Вы бы видели, каким он богатырем вырос! — продолжала успокаивать медсестричка. — Никто и не скажет, что был семимесячным.
— Моим шесть месяцев! — закричала Влада, потеряв контроль над эмоциями. — Понимаете?! Шесть долбанных месяцев! — сотрясалась в рыданиях Владочка. — Разве таких выхаживают? — спросила она у медсестры, но та лишь отвела взгляд — за ее недолгую практику подобного не было. — Понятно, — Влада стала оседать на пол, и только руки Мариночки не позволили ей упасть.
— Милая, все будет хорошо. Все будет хорошо, только держись, — приговаривала Маринка, не веря в собственные слова. — Они тебе помогут, — Марина в страшном сне не могла представить, что самый счастливый день в ее жизни принесет страшные испытание в жизнь подруги. — Все будет хорошо.
