— Да что вы! — ухнулась на диван пышная тетка. — Это ж срам какой! Без прописки!.. а она еще, штоль, у кого квартиру-то сымала?
— Ну да… сымала, — кивнула Машка.
— Вот ты гля-я-янь, — продолжала возмущаться тетка. — А и чего б не жить в моей-то? Плати да плати…
Девушки попрощались и вышли. Никто ничего не видел, ничего нового не появилось. Одна надежда на этот клочок бумаги.
Сестры сели в машину, и Сашка набрала номер:
— Алло, Татьяна?
Трубка минутку помолчала, потом растерянно протянула:
— Да-а… а вы кто-о?
— Мы от … Ассирии. Вы такую знаете?
— Знаю… А чего она сама не позвонила?
Значит, собеседница еще не знала о смерти Ирисовой.
— У нас есть для вас потрясающая новость! — с неприличным подъемом заявила Сашка. — Нам прямо сейчас надо с вами увидеться!
— Ну… так приезжайте в мое кафе. Я вас кофе угощу.
— А ваше кафе, это где?
— Это кафе «Бегемот», вы забыли, что ли?
— Ах, ну да же… Сейчас будем.
Сашка отключила мобильник и подняла брови:
— Нас приглашает владелица «Бегемота». Хочет нас кофе угостить.
— Не вижу причины не напиться, — кивнула Машка и рассеянно добавила. — Хотя, я отчего-то знаю, что там владелец. Дяденька, он никак не может быть Таней и говорить по-тетски.
— Не придирайся к мелочам.
Через несколько минут сестры уже входили в прозрачные двери «Бегемота».
— Извините, — тут же подошел к ним официант, — Но у нас с собаками нельзя.
— А его сама владелица этого… «Бегемота» пригласила, — пояснила Машка.
— К тому же, это служебный пес, полицейский, — добавила Сашка.
— А чего это полицейский такой… нестрашный? Ну, хоть овчарка был бы, что ли… — сомнительно протянул парень.
— Ему нельзя овчаркой, — вздохнула Сашка. — Он под прикрытием.
— Ясно, — кивнул парень, — Олега Дмитриевича позвать?
— А кто у нас Олег Дмитриевич? — удивленно захлопала ресницами Машка.
— Как кто? Ввладелец кафе. Вы ж сказали, он вас пригласил.
— А кто такая Татьяна? — ничего не понимала Сашка.
— Татьяна… ну, Таня у нас одна, это посудомойка, — развел руками парень. — Так вам Олега Дмитриевича или Татьяну?
— Татьяну! — ответили сестры.
— Они еще и говорят хором, — бурчал себе под нос официант.
Через минуту к ним подошла странная девушка. Вообще, назвать ее девушкой было бы неправильным. Это была женщина без возраста. Как монашки в церквях. Женщине могло быть и двадцать пять, а могло уже стукнуть и пятьдесят. Она была одета в длинную темную юбку, в какую-то серую кофту, в мелкий горошек, голова женщины была покрыта белым платком, поверх которого был повязан черный платок.
Увидеть такую леди в современном кафе было более, чем странно. Все походило на театральное представление.
— Здра-а-а-авствуйте, — протянула Машка, с интересом разглядывая женщину. — Ого, как у вас здесь гостей встречают? А чего без каравая?
— Здравствуйте, — равнодушно ответила женщина, глядя куда-то в окно. — Чего Ассирия передать хотела? Чего сама не позвонила?
— Так вот тут ситуация произошла… — начала Сашка. — Жених ее ищет, а найти не может. Мы у вас спросить хотели — вы не видели Ассирию?
Женщина посмотрела на сестер, как на умалишенных:
— Жених? Да какой же жених, если она замужем!
— Замужем? — крякнула Машка. — А… кх… когда это она успела?
— Так недели три назад. Что ж она вам не сказала?
— Ладно, она… Чего ж Пашка молчал? — запыхтела Сашка.
— А, простите, муженька, не Павлом, случайно, зовут? — поинтересовалась Машка.
— Нет, мужа зовут Ефим Николаевич Саркос. Приличный человек.
— Молодой такой, да? — «подсказывала» Машка, пытаясь хоть что-то узнать про мужа.
— Кому как. Сорок четыре года. Ровно сорок четыре, — горько вздохнула женщина и тяжко вздохнула.
— А вы… любите этого человека? — вдруг спросила Сашка.
— Я? — встрепенулась Таьтьяна и удивленно вздернула брови. — Конечно!
И вдруг женщина громко, по — мужски захохотала и побежала в подсобку, смешно подпрыгивая. Даже Тишка не стал за ней гнаться, а поближе подсел к Сашке.
— Чего это с ней? — спросила Марья.
— Чокнулась, — печально ответила сестра. — А может быть, работы много, кто ее знает.
Машка поднялась и направилась в подсобку. Через минуту вернулась:
— Сказали, что Татьяна убежала домой. Она часто так делает.
— А живет где?
— Неясно. Эти работники не знают.
— М-да-а-а… — про тянула Сашка. — Поехали к Алинке. Пусть она по своим каналам посмотрит, когда это Ассирия замуж выходила.
— Ой, давай лучше позвоним, а то Алинка еще к нам притащится. Ей же скучно одной, — поморщилась Машка.
— Точно, а сейчас поехали к твоему Андрею. Надо ж Тишке когти постричь.
Они застали Андрея в кабинете.
— О-о, какие люди! — радостно протянул Андрей, обращаясь, почему-то к Тишке. — Чего здесь делает этот парень?
— Этому парню надо обстричь когти, — пояснила Сашка. — Я боюсь.
— А он? — кивнул на пса ветеринар.
— А он не боится, но специально орет, чтобы я напугалась. Обстриги его, а?
— Прошу! — Андрей указал на свободный стол, и Сашка взгромоздила пса наверх.
— Только я уйду, а то вдруг он орать начнет… ему ж больно…
— Странная женщина, — пожал плечами Андрей. — Она не боится трупов, но жутко стрессует, когда ее собаке надо стричь когти.
