она попадётся на мой крючок. И уже спустя минуту, малышка меня не подвела…
Фыркнув, она сама подошла ко мне, требовательно протянув руку.
Ох, эти горящие глаза! Сколько же в них страсти! После Златы мне казалось, что
все бабы со светлыми глазами редкие расчетливые суки, у которых нет живых
эмоций, но от Матильды не веяло холодом. Отнюдь. Она для этого была слишком
горяча. Как ад горяча!
— Давай!
— Попроси! — беспечно хмыкнул.
— Разумовский, я тебя сейчас ударю! — с угрозой отчеканила девушка.
— Бей, — вытянул голову.
— Я спешу, пожалуйста, — вздохнув и опустив руки, проговорила.
— Предлагаю бартер! — хлопнул в ладоши. — Твой номер телефона взамен на
ключи!
— Зачем тебе? — хмуро спросила.
— Звонить тебе буду, — как само собой разумеющееся, произнес я.
Я видел, что она сомневалась. Она будто боролась сама собой. Одна сторона
буквально подталкивает, а другая не доверяет.
— Хорошо, записывай, — сдалась все же Марголис, и я не смог сдержать победную
улыбку.
С Матильдой мы больше в универе не пересекались. Я несколько раз предложил
ее подвезти, но упрямая ослица отвергала все мои предложения. Я бы, конечно,
еще поупорствовал, но отец к тому времени звонил уже два раза, поэтому времени
было в обрез.
Дома меня никто не встречает с радостными объятиями, пирогом с чаем и
вопросами по типу: «Как прошел день?». Больше этого нет. Все, что есть, это
суровый отец, над которым, кажется, сгущались тучи, и хороший такой
подзатыльник. Не в прямом, разумеется, смысле, но мне хватало и без того
почувствовать себя бездарным, никчемным, ни на что не способным мальчишкой.
Это со слов моего папаши. Мамы нет, а значит и сдерживаться он не намерен. Его
слова неприятно режут по слуху, однако больше никаких эмоций не вызывают.
Привычка, знаете ли, дело такое.
— В воскресенье у тебя интервью. Достань, пожалуйста, свою голову из задницы и
не опозорь меня! Выборы через две недели, а у меня репутация ни к черту! В
понедельник мы всей семьей едем на благотворительный ужин, — произнес отец, а
я между тем мысленно горько усмехнулся. Какое смешное слово — «семья». Мда,
многие уже заголовки пестрили о том, что блудная жена самого Разумовского
вернулась домой и папаша безусловно не мог не обернуть это в свою пользу.
Интересно, как он только маму уговорил‘?! Она никогда не любила подобные
сборища, да и цирк этот устраивать тоже.
— И если все пройдет хорошо, то может быть получишь машину обратно, —
закончил он, и я до этого летающий где-то далеко в своих мыслях, тотчас же
вернулся на землю.
— Дом тоже?
— Здесь твой дом, — грозно отрезал отец, чем заставляет меня хмыкнуть.
Я так и не удосужился перевести все вещи из дома. Точнее вообще ничего. шмоток
у меня и тут хватает, разве что ноут захватил. И, если быть уж предельно честным,
лично я ничего перевозить сюда не собираюсь.
— Как скажешь, — повиновался, но с усмешкой которую Разумовский старший тут
же заметил, а затем проворчал себе под нос: «сопляк!»‚ а я между тем
продолжил, — и все же?
— Только на свои деньги.
А вот это становится довольно интересным… У меня есть некоторые сбережения,
все же не зря я занимался, пусть и нелегальным, но бизнесом, но я хотел их
вложить в дело и даже есть парочка идей, но отцу об этом знать не обязательно.
Пусть для него это станет сюрпризом.
— Ладно, перекантуюсь тут еще, — будто делая одолжение, произнес я, а после
когда отец потушил свою сигару, допил коньяк и кивнул мне головой на выход,
ушел.
У меня на сегодня есть еще несколько крайне важных дел. Во-первых, встретится с
Тимом перетереть по поводу моей идейки, а, во-вторых, вытащить Марголис.
Прежде чем окончательно свалить из хаты, я зашел на балкон, но своей соседки не
заметил в привычном кресле, хотя зачастую в это время она находится именно тут.
Тогда, я набрал ее, но она не ответила.
И так три раза подряд.
«Чем же ты так занята, Негодяйка?» — несколько недовольно размышлял про себя,
между тем покидая балкон.
Глава 23
Матильда
— Дочь, Яшка уже звонил? — крикнул отец из кухни.
— Да, — идя на запах запеченной курочки, ответила я. — Уже скоро будут!
Отец довольно улыбнулся, когда попробовал кусочек своего творения, а когда
заметил меня, протянул и мне кусочек, который я тут же закинула в рот. Что ни
говори, а готовит папа лучше всяких поваров, ведь главным его ингредиентом
являлось ничто иное, как любовь.
— Отлично! Ну как‘?
— Превосходно!
Папа довольно покачал головой, будто и правда сомневался, что его ужин не
удастся. Он даже подумывал пригласить свою барышню, но, к счастью, та сейчас в
Милане. И пусть там и остается! В противном случае, окажись она здесь, то ужин
можно было бы считать провальным, а лучше вообще не начинать. Я обожала,
когда мы собрались именно такой компанией, без всяких лишних людей. Ведь по
сути, папины девушки ими и были. И отнюдь не из-за моего предвзятого отношения,
а потому что долго не задерживались.
Отправившись в комнату, я мигом переодела домашние треники на более
приличные джинсы. И тут мой телефон зазвонил. И вновь незнакомый номер. Уже
пятый раз за сегодня, на минуточку! Я уже хотела поднять трубку, но звонок в дверь
сбил меня с толку.
