еще молодая. Сорок три года разве это много’?! Еще полжизни впереди…
Неудивительно, что она ушла от отца. В конце концов, папа не давал ей то, что
нужно каждой женщине. Женщине нужна ласка, забота и любовь, а не золотая
клетка. Понемногу мои мозги становились на место и я начинал понимать, что
немного вспылил относительно матери. Ведь и мне уже не пять и даже не
пятнадцать. Здоровый лось, так почему бы не дать родителям право выбора?!
Точнее принять этот выбор’?
Украдкой взглянув на мать, которая выглядела чрезвычайно взволнованной, а отец
даже этого не замечал, отрешенно уставившись в окно, я взял ее за руку.
Она сперва дернулась, а после подняла на меня свои глаза.
Мы были очень похожи, только в моих глазах не было столько раскаяния как в её.
Переступить через свою гордыню бывает крайне сложно, но это нужно делать,
поэтому, поглаживая ее ладошку в своей руке, я тихо едва ли слышно, но вместе с
тем уверенно, произнес:
— Все будет хорошо.
Она слабо кивнула, а затем облегченно кивнула, словно этого ей очень не хватало.
А я между тем мысленно себя похвалил. Если человек сегодня признает свои
ошибки, это значит что он умнее, чем был вчера.
Больше этим вечером ничего хорошего не случалось. Постоянные разговоры,
переговоры… Побойтесь Бога люди, сегодня же воскресенье! Однако, отовсюду
слышались разговоры о бизнесе, прибыли, убытках, кризисе и тому подобной
чепухе. Люди жаловались на кризис, при этом держа в руках бутерброды с красной
икрой, на самих руках красовались золотые часы, а у его спутницы колье ценой в
целое состояние, и эти люди говорили что настали тяжелые времена!
Мда, тухло тут однако.
Достав свой телефон, я напечатал смс девушке с которой предпочел бы оказаться,
а не на этом сборище снобов.
«Скучаешь по мне? ;)»
Ответ пришел моментально. Должно быть, Матильда не придерживалась правил
пяти минут, трех гудков и прочим заморочкам, которые так любили использовать
девушки, дабы подразнить парней.
«А должна а?)»
Ее ответ заставили меня усмехнуться. Эта Негодяйка никогда не признается в своей
слабости.
«А я по тебе скучаю: *»
«Мы сегодня виделись.»
В моей памяти пронеслись отрывки сегодняшнего утра, когда я подкараулил
Матильду около подъезда. На сей раз малышка не вредничала, а села на байк
сразу. Впрочем, мне даже достался поцелуй в щеку. Безусловно, который я
выторговал, в противном случае отказывался ехать.
Если быть до конца откровенным, я даже был рад, что сегодня должен был
присутствовать на экзамене. К тому же, сегодняшнее утро было последней
возможностью увидеть Марголис перед отъездом.
К слову, отец решил что меня стоит привлекать к семейному бизнесу, поэтому
отправил в соседнюю область. Там какие-то чрезвычайно важные партнеры из
заграницы приезжают и требуют присутствия одного из хозяев завода. Должно
быть, это еще один способ научить меня уму разуму. В любом случае когда-то мне
бы пришлось этим заниматься, но я надеялся больше на карьеру
профессионального футболиста, нежели бизнесмена. Но чем черт не шутит!
«Этого мало: (» — настрочил Матильде, а после отцовского толчка в спину, спрятал
гаджет в карман классических штанов.
— Да, дети определенно наше будущее, — согласился отец с одним из своих
«важных» знакомых и хлопнул меня по плечу.
Мне с трудом удалось подавить желание закатить глаза.
«Очень тонкий намек, папа!» — усмехнулся про себя, а на деле просто кивнул
головой.
Осмотревшись, я недовольно поморщился, стоило мне глазами наткнуться на свою
бывшую. Злата, как впрочем и всегда, выглядела превосходно. Утонченно, без
лишней вычурности, но при этом сексуально. Кто бы сомневался, что и ее
величество тут будет! Блондинка стояла неподалеку от меня с прокурором нашей
области, и по совместительству своим отцом. Они о чем-то беседовали. Вероятно,
о чем-то малоприятном, ибо ее идеальное лицо выражало негодование. хмыкнув, я
отвернулся. Больше в ней нет ничего, чтобы меня привлекало.
Нарушая правила этикета, я снова полез в карман и достал телефон.
«Как твой вечер?» — спрашивала Матильда.
«Отстой. Здесь даже стриптиза нет. Основная публика мужики за пятьдесят,
которые меряются своим баблом, некоторая часть неудовлетворенных любовниц и
жен, и парочка папиных сынков. А твой как‘? “
«Смотрю матч» — написала эта засранка, чем вызвала мой глухой стон.
«Это подло: (»
«Что именно?;)»
«Смотреть матч, когда твой парень страдает!»
«Ты не мой парень.»
И это правда, но со вчерашнего вечера я мечтаю им стать, чтобы никакой Цукер не
мог заявиться к ней в гости творить с ней неведомую хрень, от которой моя
малышка издает крайне сексуальные звуки. Эта музыка предназначается
исключительно для моих ушей!
«Пока что…»
«Кто знает…» — загадочно ответила моя соседка.
И я уже почти написал ответ, как очень знакомый голос произнес:
— Здравствуйте! Рада вас видеть!
Дыхание не перехватило, злость не вспыхнула, лишь безразличие и скука при звуке
этого голоса. Злата стояла тут и улыбалась, так словно мы были друзьями. Однако,
мы ими не были и не будем.
— Дань, привет, — промолвила она своим особым тембром, от которого прежде я
встал бы на задние лапки и вилял хвостом. Нынче же это вызвало у меня
