- Соня, а я как раз только о тебе рассказывала клиенткам. Пришли две дамы, увидели ваши с Ариной фото и стали спрашивать, кто вы и что вы.
- Да? – почему-то у меня не очень хорошее предчувствие, особенно после последнего сообщения Солнцева, вроде ничего особенного не написал, но почему-то стало тревожно. – Интересно.
- Сказали, что учились вместе с твоей мамой в школе. Ты на неё похожа.
Да, это правда, я копия мама в молодости, все всегда это говорили, но чтобы вот так узнать?
- Они сразу твое имя назвали, Соня. Потом интересовались, кто тебе Арина, я сказала, что сестра.
Видимо на моем лице написано, что я не очень приветствую такие расспросы, Ника это понимает.
- Соня, прости, если я что-то сделала не так. Они просили твои координаты, но я, естественно их не дала, но сказала, что могу передать их телефоны тебе. Они были тут буквально пару часов назад, я как раз хотела звонить Лене.
Она смотрит на маму Да Винчи. Елена Петровна – на меня.
- Сонь, всё нормально?
- Да. Нормально. Просто… я не знаю маминых подруг. Она как-то ни с кем близко не дружила после школы.
На самом деле мама дружила с Ириной Вениаминовной и с другими педагогами студии, их я всех знаю. А школьные…
Странно, только сегодня я вспоминала этого Лёшу, мамину любовь. И тут эти одноклассницы. Телефон я, конечно, взяла. Но звонить не собираюсь. И вообще… Почему они задавали вопросы про Арину?
Почему-то мне становится не по себе. Какие-то дурные предчувствия весь день преследуют.
Но когда начинается шоппинг, и я вижу счастливые глазёнки Арины – весь негатив уходит. Сестра становится обладательницей нового красивого пухового пальто, шапки с шарфом и варежек, а также теплых сапожек.
Потом мы оставляем девчонок в игровой комнате, и Елена Петровна ведет меня в небольшой бутик, в котором тоже работает её знакомая. Меня буквально заставляют перемерить полмагазина. Всё очень красивое и дорогое. Я могу позволить себе только одну вещь, и то, если сделают обещанную мамой Дани скидку. Очень красивый и модный пуховик. Серебристый, легкий. Просто мечта.
- Надевай и иди. Всё! Он твой!
- Но… Нет, я так не могу, у меня есть деньги, я хотела сама. – мне неловко, даже стыдно, как будто я выпросила.
- Сонечка, дают бери, бьют – беги! Шучу. Милая, пожалуйста, позволь мне сделать тебе подарок. Это от души, от всего сердца.
Я не могу отказать и принимаю подарок, хотя в носу щиплет, и в глазах как-то сразу влажно.
Елена Петровна обнимает меня, и мы идём забирать наших девчонок. Потом кино, кафе. Домой приезжаем к вечеру, сытые и счастливые.
Открываю дверь комнаты и вижу лист бумаги, который кто-то пихнул под дверь.
Поднимаю, читаю, и оторопь берет.
«Скажи своему менту, чтобы перестал копать под хату, а то твой парень может хорошо влететь на своей тачке, да и с маленькой сестрёнкой может случится что-то очень нехорошее. Надеюсь, ты все поняла, Соня».
Глава 38 (16.06)
- Вот так, брат. Я сначала думал, что это из-за нашей истории с Тором.
Сижу в кафе с Коршуном, нервно стучу ботинком по плитке, и костяшками пальцев тарабаню по столу. Мне не страшно за себя.
Есть такой момент, когда на себя плевать. А вот Соня.
Если что-то случится с Соней я не знаю, что будет. Себя не прощу.
Реально, когда увидел этих братков решил, что это ответка прикатила за то, что мы с обидчиками Лерки поквитались. С теми уродами, которые её на вечеринке закрыли. Мы всё сделали красиво, не подкопаешься, но всё равно же ясно, что это Тор и его команда их нагнула! У Ромки теперь траблы. Нас с Коршуном не тронули, ну мы там и не светились.
Лучше бы это была наша ответка. Но увы.
- Парень, просто пойми, в этом деле серьёзные люди, серьёзные бабки. Хата эта всё равно будет продана. Вопрос в том, останется ли твоя девочка целой.
Что? Твою ж… у меня не было слов. Хотелось втащить этим уродам с ноги, но я понимал каким-то шестым чувством – надо молчать и слушать.
- Мало ли что может случиться? С ней? С малышкой? С тобой? Ей надо просто подписать нужные документы и всё. И ты должен ей это объяснить. К менту не ходи. Солнцев вам не поможет. Ему сейчас не до вас будет, так что… Давай по-хорошему. С отцом поговори, он у тебя чел не глупый.
Вот так. Всего пара минут, и…
Нет, я не испугался. Я был в ярости. Оттого, что какие-то уроды вот так запросто говорят о жизни и судьбе дорогих мне людей. Что они реально могут взять и…
Чёрт, чёрт…
- Стас, ты можешь узнать у отца, что делать?
Отец Коршуна был крупным чиновником в правительстве города. Если не поможет он, то…
Нет, со своим отцом я тоже, конечно, собирался поговорить. И мой так же общался и дружил с батей Коршуна.
- Я поговорю, но… ты знаешь у нас с ним… в общем, я дома давно не живу. Сейчас, правда, вроде всё идёт на лад.
Стас рассказал, почему, оказывается, он расстался с Селеной. Его отец и её мать были когда-то вместе, и брат Сэл – Глеб – оказался братом и Стаса. Вот такая вот история.
- Слышь, Да Винчи, ты… Дань, всё будет хорошо. Мы их задавим, слышишь? Никто не посмеет тронуть твоих девчонок! А если посмеет…
Коршун сжимает кулак, смотрю на побелевшие костяшки.
