— Хотела бы я сама понять его истинные причины, Дейзи, и в особенности сейчас. Мы же не общались с ним все эти годы, и я тоже не имела понятия, как он жил и как относился к прошлому и ко мне. Он попросту вычеркнул меня из своей жизни, дав понять, что я для него больше не существую. Откуда я могла знать, что когда-нибудь вы встретитесь, и ему ударит в голову столь ненормальной идеей. Ошибки по молодости совершают все без исключения. И он совершал их не меньше моего. Поэтому я и не хотела, чтобы вы с ним когда-нибудь пересеклись. Он далеко не белый и пушистый, каким, быть может, пытался себя выставить более двадцати лет назад. Да и ты сама должна была в этом убедиться далеко не раз. Только, боюсь я едва ли сумею исправить в этой истории хоть что-то. По крайней мере, не сейчас. Не в моём нынешнем состоянии и в полной зависимости от денег Стаффорда. Я, по сути, теперь такая же его заложница, как и ты, ещё и совершенно беспомощная.
— Да, но только он требует
Какое-то время мне казалось, что Элеонора Райли наконец-то это сделает. Проникнется моими страхами, поймёт, насколько мне не по себе и при каких обстоятельствах мне приходится жить. Кажется, она и смотрела на меня все эти секунды, словно проверяя насколько мне было больно в этом признаваться, чтобы убедиться в моей искренности и хоть чем-то на это ответить. Помочь хотя бы мизерным советом или даже действием.
— Могу сказать тебе только то, что со временем он стал второй копией своего отца, причём в худшем его варианте. Если Стаффорд старший хоть как-то умел маскировать свою истинную сущность, то Рей совершенно не видел в этом надобности. И, да, я не смогла сохранить нашего ребёнка, потому что поняла, насколько мы были разными. А после аборта убедилась в этом окончательно. Из милого, во всём положительного парня, он в одночасье превратился в жуткого монстра, от которого надо бежать не оборачиваясь. Что я тебе и советовала… О чём и просила, но ты так меня и не послушалась. И вот теперь ты тут передо мной сидишь и просишь о помощи, которую я не могу тебе дать. Хочу! Но не могу! Потому что не знаю… как и какую!
— Я, кажется, попросила тебя рассказать подробнее о ваших с ним отношениях и хоть какую-то о нём личную информацию, мам! Не поверишь, но такие вещи могут во многом помочь.
— Дейзи, девочка моя… — мама вдруг запнулась, поджав губы и кое-как сдержавшись от слёз. — Проблема не в том, что я не хочу тебе помогать, а в том… что с меня взяли подписку, что я никогда, ни при каких обстоятельствах не буду никому рассказывать о том, что произошло тогда, не говоря про аборт и тот факт, что я была беременна от Рейнальда. Если подобная информация просочится в СМИ, они… они попросту меня уничтожат. Сотрут с лица земли и, боюсь даже представить, что потом сделают с тобой. Этим людям совершенно плевать на то, кто ты, пока их идеальной и размеренной жизни ничто не угрожает. Я когда-то стала для них реальной угрозой и поэтому… они заставили сделать меня то, что я сделала. Надеюсь, ты больше никому не рассказывала о том, для чего именно Рей теперь тебя у себя держит? Он ведь тоже не разглашает об этом на каждом углу и не даёт рекламу по государственным телеканалам.
— Хочешь сказать… я должна от него забеременеть и родить ему? Сделать то, что он хочет?! — я чуть было не закричала от возмущения, поражаясь тому тону голоса матери, с которым она мне всё это выдала. Словно она уже давно была в курсе происходящего, давно с этим смирилась и теперь требовала этого пока ещё в мягкой форме и от меня.
— Я не говорила, чтобы ты делала именно это. Я сказала, чего тебе надо опасаться Стаффордов. Вот они точно ни перед чем не остановятся. Поэтому будет просто чудом, если ты каким-то образом не забеременеешь, а Рейнольд в конечном счёте перебесится и всё это как-то переживёт. Пока что остаётся лишь ждать и надеяться. К тому же, кроме медицинских контрацептивов существует масса других каких-то проверенных способов. Уверена, в интернете можно найти достаточно ценных на эту тему идей…
Честно говоря, после встречи с матерью я ощущала себя ещё более беспомощной и ни на что не годной. Я и раньше испытывала между нами определённую пропасть и недопонимание. Но сегодня эти чувства обострились настолько сильно, что от них мне стало больно едва не физически. Как будто я увидела то, чего не должна была видеть, вот только никто меня об этом не спрашивал. Поставили в известность и точка. А там живи с этим дальше, как хочешь.
