– Ты всегда веришь россказням сообщениям? – засмеялся Никита. – Если я сообщу, что мой отец падишах из Австралии, не усомнишься?
– В Австралии нет падишахов, – возразила я.
– Исключаешь возможность приезда туда человека с монархическим титулом, который используется в некоторых государствах и странах Азии? – спросил Валов. – Прилетел он, влюбился и остался на зеленом континенте среди кенгуру…
– Перестань, – велел Костин.
– А чего она сомневается в моем умении собирать инфу? – покраснел Никита. – Ганзуэман никогда не был отцом. И непонятно, чего они в коммуналке убогой вместе с соседкой толкались! У Иосифа была отличная большая квартира в центре Москвы. Она принадлежала семье Ганзуэман с давних времен. Отец Иосифа там жил вместе со своей женой, вот она прикатила в столицу из дальнего угла СССР, из деревни…
Никита посмотрел в ноутбук.
– Опанино. Это Пермский край, там, наверное, медведи водятся.
Я подпрыгнула:
– Опанино! Ты уверен?
Валов рассердился:
– Вот опять. Романова мне не доверяет.
– Прости, это я от удивления, – пробормотала я. – Случайно не выяснил, чем старшие Ганзуэманы занимались?
– Можно подумать, что они евреи, – начал заведующий ай-ти отделом, – но на самом деле фамилия немецкая. Отца Иосифа звали Петр Рудольфович. Его в конце тридцатых годов вместе с другими гражданами с нерусскими корнями выселили из столицы, он немец, но в Москве родился. Его предки вроде при Петре Первом в России появились.
– Да, царь-реформатор хорошо относился к выходцам из Германии, – согласился Макс, – а вот Сталин незадолго до Великой Отечественной войны Москву от них очистил.
– Зря он так, – осудил главу государства Валов, – Петр Рудольфович – известный акушер-гинеколог. Вот что ему в селе делать?
– Роды принимать, – ответил Костин. – А жена у него кто?
– Она русская, – объяснил Никита, – наверное, домашняя хозяйка, сведений о ее работе я не нашел. Зинаида Тимофеевна Рыклина. И, похоже, тетка с мужем поругалась основательно.
– Рыклина, – опять подпрыгнула я.
– Интересно, – обрадовался Костин. – Никита, почему ты решил, что Петр с супругой поссорились?
– Как они жили, понятия не имею, – ответил главный айтишник, – просто логику включил. Петра и Зинаиду сослали в Опанино, там у них родился Иосиф. Где он учился, не знаю, нет сведений. Могу лишь сообщить, что юноша поступил на экономический факультет. Через два года после того, как сын стал студентом, отец возвратился в Москву. Сталин давно умер, высланные назад потянулись. Ганзуэману удалось вернуть квартиру в центре, не спрашивайте, как он этого добился!
– Акушер-гинеколог, – пробормотал Володя, – скорей всего у него рожали женщины из разных социальных слоев, вероятно, были супруги влиятельных чиновников.
Валов покосился на меня.
– Чего не знаю, того не знаю, зря болтать не намерен. Сведений о приезде Зинаиды в Москву нет. Я копнул инфу о ней. Женщина осталась в Опанине. Спустя время родила двух детей. Они по отчеству не Петровичи и не Ганзуэманы по фамилии, Рыклины, как мамаша. Появились на свет через несколько лет после того, как Петр в Москву отчалил. Смотрим пристально на информацию. Зина была намного младше мужа. Иосифа она родила в двадцать восемь лет. А дочь и второго сына, когда намного старше стала. Какой вывод можно сделать? Петр не юный огурец, Зинаида же была еще ягодка, надоел ей пожилой супруг, вот она и осталась в Опанине. Может, любовника там завела. Развод пара не оформила. Доктор после возвращения в столицу еще долго скрипел, умер совсем старым, жена его намного пережила. Вот такая история! Ну, я пошел. Если что надо, пишите, звоните, я на связи. Телефоны Токовой, зав библиотекой, сбросил Костину.
Валов убежал.
Макс встал.
– Ну и ну. Прямо как игра «Ври больше» у нас.
– Не слышала о такой, – удивилась я.
– В ней не ограничено число участников, чем их больше, тем интереснее, – объяснил муж, – начинают два человека. Ну, например, Ваня говорит: «Я пошел в магазин, купил конфет». Дима добавляет: «Нет, ты врешь. Я там был, за молоком послали, тебя не видел». Подключается Сережа: «Ваню я у прилавка заметил, только он селедку брал, а я хлеб». Высказывается Андрюша: «Дима там был, но в овощном отделе, Ваня ел мороженое, Сережи в лавке не было». И так вот все свое твердят, потом кто-то говорит: «Стоп. Я правдоискатель. Сейчас все объясню, и вы мои желания исполните». Вот этому ребенку надо повторить точно кто, что, кому наврал. Если он справится с задачей, то может приятелям приказы раздавать: одному на гараж залезть, другому в дверь вредной соседки позвонить и удрать… В случае, если «правдоискатель» запутается, ему самому придется чужой воле подчиниться. Очень эту игру в нашем дворе любили.
– Мы в лапту играли, – пустился в воспоминания Костин, – в ножички, в вышибалы. У нас спортивный уклон был. Эх, интересно мы жили, дружили. А сейчас дети в соцсетях сидят и вроде у них тьма приятелей, а на самом деле никого. Виртуальная дружба какая-то не настоящая. И родители их до последнего класса в школу водят.
– Я сам со второго класса на уроки бегал, – сказал Вульф.
